Проклят тобою

А то сейчас заявится тётя Сима и поволочёт тебя за стол, в чём поймает.

Это да, тётя Сима может. Хоть в трусах потащит. А-то как же, она явилась, значит, пора за стол, а именинницы нет, непорядок! Поэтому, чтобы предотвратить разрушительные последствия урагана «тётя Сима», открываю дверцу шкафа — будет служить мне ширмой — и начинаю снимать вещи с «плечиков». Весь ворох сваливаю на кровать.

Кир оживляется и рассматривает мои наряды с видом знатока. Хотя он, конечно, самый настоящий знаток. Лучший обозреватель модельного бизнеса.

У него даже награда есть. В общем, выбор женской одежды Кириллу можно доверить смело. А вот с мужской — сложнее. Эту его дикую футболочку «Ангел 100%» мне хочется разодрать в клочья.

Хорошо, что Кир не замечает мой кровожадный взгляд. Друг поглощен тем, что подбирает мне туалет.

— К твоим серебряным волосам нужно что-то контрастное. Чёрное или тёмно-синие. Ну-ка попробуй вот это и вот это.

Он протягивает мне два платья, и я юркаю за импровизированную ширму.

Темно-синее он отметает сразу, как только являюсь в нём пред светлые, точнее зелёные, очи.

Морщит нос и машет рукой, бормоча:

— Спасите мои глаза! Дайте это развидеть!

Спешу удовлетворить просьбу, сама не в восторге, хоть и зацепила своё отражение лишь краем глаза.

А вот когда я появляюсь в чёрном, Кирилл даже присвистывает. Встаёт, медленно подходит ко мне, разворачивает к зеркалу.

Я по жизни худенькая и невысокая, но рядом с Киром, которому едва достаю головой до груди, и вовсе выгляжу хрупкой статуэткой.

Чёрное кружево элегантно обнимает мои плечи, лиф из плотной ткани выгодно подчёркивает небольшую грудь, корсаж обнимает длинную тонкую талию. Юбка струится по бёдрам и внизу расходится широкими фалдами.

Кир берёт заколку — чёрный «крабик», усеянный кристаллами Сваровски, и собирает мне волосы так, что всё их тёмное серебро льётся на правое плечо.

В нём умер крутой стилист. И зачем подался в обозреватели?

— Ты сейчас просто сказочная. И уже совсем взрослая. Подумать только, двадцать два года.

А мне казалось: не доживу.

Пинаю его совсем не по-девичьи ногой по ноге. Нашёлся мне старикан в неполные двадцать восемь.

Кир показательно прыгает и воет, будто ему в самом деле больно. Но по бесенятам в искрящихся зелёных глазах вижу — ни капельки.

Поэтому тихо прыскаю в кулак.

Спектакль заканчивается так же внезапно, как и начался. Кир замирает и несколько секунд, склонив голову к плечу, любуется мною.

Даже краснею от такого пристального внимания.