Умереть и встать, или война некромантов

По идее, нужно было сказать что-то ещё, однако в голову ничего не приходило. Тема возвращения явно была уже исчерпана, а сам же Арис, кажется, вообще не был расположен к разговору. Интересно, он так ведёт себя лишь с ней или с остальными тоже не менее закрыт?

- Мне сказали, это ты помогла меня восстановить? – неожиданно нарушил затянувшееся молчание некролин.

- Ну да, ос Гавирий боялся твоей возможной реакции на чужеродную энергию, в тот момент никто же не знал, что именно с тобой произошло, а у меня было небольшое преимущество - я ведь не только некромант, но ещё и лекарь, пусть и недоученный, - про ритуал она умолчала, но им обоим и так была понятна причина её уверенности в благоприятный исход.

- Не стоило так рисковать, - неодобрительно покачал головой мужчина.

Брюнетка удивлённо посмотрела на него, краем сознания отмечая, что как минимум одна эмоция ей стала уже доступна.

- В смысле не стоило? А если бы ты умер? Если бы не смог сам восстановиться?

- Со мной не случилось ничего серьёзного, обычное магическое истощение, только и всего.

- Знаешь что! – некромантка тяжело выдохнула. – Я поступила как посчитала нужным. Думаешь, я такая дура и рассказала всем о произошедшем в пещере? Может, в твоём понимании я и недалёкая девица, способная только на необдуманные поступки и истерики, но это не так. Именно я спасла нас тогда, а не ты! И сейчас неизвестно смог ли бы ты восстановиться, или угас вместе со своим резервом.

Конечно, он подразумевал совершенно иное. Говоря про риск, Арис имел ввиду лишь то, что она зря рисковала собой. Второй курс академии – ведь ничто, лишь голая теория, совершенно не подкреплённая практикой, а в данном случае вообще предстояло работать с двумя стихиями. Но пусть лучше думает о нём как обычно. Так будет проще и правильнее.

- Спасибо, но, как я уже говорил ранее – не стоило.

- Да ты… Да ты…- девушка в ярости сжала кулаки.

- И что у нас здесь происходит? – в палату заглянул ос Гавирий. – Откуда эти скачки энергии? – посмотрев на Мурену внимательнее, лекарь посерьёзнел: - Милая моя, мы о чём с тобой говорили? Я делаю небольшие бреши в защите и эмоции постепенно проявляются, а ты решила в тот же день прорыв плотины организовать? Что за дурость подростковая?

- Мне двадцать пять.

- А по поведению и не скажешь.