Шарэттэ

Шран долго не возвращался, но я была рада этому обстоятельству.

Миникрыл копошился в комнате на полу, привычно развлекая себя окружающими его вещами-игрушками и тихо мяукая на своём языке, как едва рожденный котёнок. Смешной. Практически ангел… крылышками, однако, не вышел. Они темным покрывалом лежали на спинке малыша, но явно не мешали ему в придуманных игрищах.

Возвращение Шрана было ожидаемым и неожиданным одновременно. Он тихо, поступью мягких кошачьих лапок, подошел ко мне и протянул предмет, отдаленно напоминавший земные сережки, на конце золотистой полудуги покоился довольно крупный округлый камень, по типу наших жемчужин, серого цвета.

Скорее всего, это был тот переводчик, о котором вскользь упомянула в разговоре Анна. Он адаптировал произнесенные мне шарэттцами слова, формируя в моей голове нечто в виде интуитивно понятных мыслеобразов, а то, что не имело аналогов, оставлял неизменным. И наоборот, расшифровывал мою речь для аборигенов. Забрала.

Легкий, почти невесомый передатчик крепился, как и сережка, на мочку уха, огибая дугой край уха: в принципе, удобно.

Мурлыканье малыша превратилось в песенку про какого-то «шуша», дыхание Шрана стало тяжелым, вязким, а музыка ветра зазвенела в иной тональности, производя таинственную мелодию, нежную и воркующую. На самом краю восприятия, среди феерии шелеста, шорохов, вздохов, скрипов и стонов, я услышала нечто, похожее на ласковое касание перышка к коже, звук как движение, теплое и приятное, так мать приветствует свое дитя после продолжительного отсутствия дома.

Я изумленно открыла глаза и посмотрела на своего Шията. Он ждал, его взгляд таил некое беспокойство, поза была напряженной.

- Что это? – проронила на выдохе, даже мне мой голос показался неестественно тихим, безжизненным.

- Подарок Шарэттэ, эти камни были обнаружены в водах, омывающих берега Шансу, сразу после того, как к нам прибыли первые женщины вашего мира.

- Да уж …

Странно, каждый звук кажется чистым и ясным, как хрусталь в руках умелого мастера; голос Шрана мягким рычанием проникает под кожу, заставляя не только понимать сказанное, но и доставляя редкостное удовольствие своим тембром - щекочущее, шаловливое. Чёрт. Нельзя же так.

Покачнулась под напором новых для меня впечатлений, вдыхая и выдыхая, рвано, сложно.