Сквозь время я пойму себя

Зато пробудился Сонорх и застонал, уткнувшись головой в макушку девушки. Он не мог представить себе, что после выброса своей силы станет настолько слаб. Да и ко всему прочему добавилась тошнота, от одного взгляда вниз мужчину мутило. Но спать больше не мог, как бы не пытался.

- Скоро там? – хрипло поинтересовался Сонорх.

- Почти, - передала Эмиллия слова Данте. В образе грифона могла слышать мужчину только она. Подарок единорога оказался довольно полезным, хоть и странным по своему значению, словно Юлий знал наперёд, что их ждёт.

- Поторопись, - сдержав рвотный позыв проговорил Сонорх. – Сейчас не чего бояться. Все на собрании, вернутся в поместье через час или два.

Чёрное каменное здания в дали стало очень резко приближаться. Скорость, которую могут развить грифоны очень высокая. Если бы Данте захотел они бы преодолели весь путь за часа два вместо четырёх. Зато сейчас за три минуты оказались возле неприметной квадратной башни. В вечернее время она казалась тенью, лишь под определённым углом можно заметить небольшое окно, в котором всегда видно как горит огонь от не тлеющего факела.

- Можешь улетать, - переводя дух выговорил Сонорх. – За нас не беспокойся. Спасибо тебе.

- Он говорит, что бы мы были предельно осторожны, – повторила слова Данте Эмиллии.

- Сам будь! – вдогонку к улетающему грифону крикнул Сонорх.

Для Эмиллии была загадка зачем они в этом не понятном месте. Почему оно скрыто? Даже внутри всё казалось лишь тенью вещей.

Девушка наблюдала за Сонорхом этого времени, а тот в свою очередь копошился в бумагах. Открывал появлявшиеся шкафчики и бормотал что-то себе под нос. Это место было очень похоже на него. Потому что за всё время внешность тайплейса менялась множество раз, из-за чего у Эмиллии зарябило в глазах, и она потёрла их руками, что-то задев.

- Вот оно! – довольно ухмыльнулся Сонорх замирая на месте.

Если взять что-то отсюда легко, то выйти намного сложнее. Даная часть башни не только тень, но и защита от посторонних. Даже сами тайплейсы не могут вынести вещь без позволения того чья она. А этот хрустальный шарик на прозрачной цепочке вещица которой и во все не пользуются, только хранят. Её хозяина давно нет в живых, но сгинуть, та не может.