Авейра. Голос Пламени

После прогулки и веселых посиделок спала я сладко. Утром меня вероломно разбудили мои соседки по комнате, хаотично бегая и крича что-то о платьях и нарядах.

— Хватит орать! – крикнула я, не вставая с постели. – С самого утра как курицы без головы носитесь! Шёпотом!

Звуки сборов стали тише, но уснуть вновь мне не удалось. «Не очень радостно начался день» – зевая, думала я, направляясь в умывальню. Вот не буду готовиться и наряжаться, надоело. Каждые смотрины я исправно наряжалась (хотя какие у меня могут быть наряды?), заплеталась, натягивала на лицо сдержанную улыбку и ждала потенциальных работодателей.

И толку? Никакого. Так что сегодня я буду в своем обычном виде: в скромном платье с закрытыми рукавами и черным фартуком, ну и с двумя простыми рыжими косичками на голове.

После водных процедур меня всегда можно было встретить на кухне. А сегодня – особенно, потому что завтрака в утро ярмарки можно не ждать. В это время все собираются, а вся еда с кухни достанется клиентам работного дома. Когда нас покормят? Это ближе к вечеру.

Пока последний человек не выберет себя работника, мы так и будем стоять в зале, мечтая и надеясь. И чем нас покормят? Конечно же, остатками, если они будут. Как-то раз, когда мне было двенадцать лет, один купец с огромным пузом слопал все подчистую, так что всем девочкам пришлось ложиться спать голодными.

— Моника, ну дай, пожалуйста, хоть кусочек сыра! Ну можно еще и кусочек хлебушка! Ну что, тебе жа-а-алко для своей лу-у-учшей подруги? Пожа-а-алуйста.

— Не отстанешь? – нахмурившись, спросила девушка.

— Не-а, – легонько мотнула в ответ головой, давая понять серьезность своего намерения позавтракать.

— Держи, – Моника протянула мне ломтик хлеба, на котором красовался тоненький кусочек сыра. – И не приставай ко мне, видишь ведь: я работаю.

— Хорошо-хорошо, – запихивая в рот кусок, ответила я. – Ты трудись-трудись.

— Эйра! – прикрикнула на меня подруга, после чего я благоразумно решила ретироваться. С нее станется запустить в меня кастрюлей.

Бывали случаи.

В просторном зале уже расставили стулья, и большая часть девушек работного дома была здесь. Одна из стен была полностью из стекла, но необычного: мы работодателей не видим, а они нас – прекрасно. Вот такая несправедливость, причем не только в этом: у них там стол с яствами, а у нас – только стулья. Эх, хорошо, что я перекусила. По словам девушек, в такое утро совершенно есть не хочется. Ну не знаю. Со мной такого никогда не случалось.