Аля и Зверь

Если б только это могло помочь…

Что же мне теперь делать…? Зачем я здесь тогда вообще? Что мне делать со своей жизнью дальше? Все мои чаяния были связаны с НИМ, а не с этим местом… Без него Белые Холмы для меня не значили ничего.

Перед тем, как выйти из арки, я закрыла лицо ладонями, и медленно сосчитала до десяти, потом до двадцати, потом и до пятидесяти, стараясь глубоко и спокойно дышать. Всё, хватит, хватит…. Судя по всему, в моем случае сбылась та самая поговорка, с глаз долой, из сердца вон. Как бы не было больно и плохо, Кир сделал свой выбор, и мне, несмотря ни на что, надо как-то жить дальше… Вот только как?

Дыши, Аля, дыши.

Воздух тяжело вырывался из легких, а сердце больно стучало в висках, но, через силу мне как-то удалось совладать с собой.

На деревянных ногах я вышла из арки в тот самый момент, когда Алес захлопнул техническую дверцу. Он поднял на меня глаза, и, вытирая и без того чистые руки платком, улыбнулся:

– Готово, можем ехать.

Я молча кивнула, и забралась в салон. Мужчина последовал за мной.

– Всё хорошо? – поинтересовался он ровно, разглядывая мое лицо. Меж его бровей пролегла маленькая тревожная морщинка, которой я никогда не замечала там раньше.

Очевидно, что я не была настолько хороша в контроле собственных эмоций, как бы мне того хотелось. Руки, сцепленные в крепкий замок на коленях, все еще мелко подрагивали, в голове шумело, а в груди нестерпимо ныли и кровоточили останки моего главного органа.

– Все отлично. – Уверила я слегка охрипшим голосом, с каменным лицом глядя в окно и не видя ничего за ним.

Алес мне не поверил, но благоразумно решил не настаивать.

С минуту мы ехали молча, но потом мужчина решил нарушить тишину:

– Что это на тебе?

– М-м? – Я проследила за его взглядом и заметила маленький дымчатый кристалл, все еще болтающийся на шее. Мои челюсти сжались.

– Ничего. – Одним злым движением я сдернула с себя кристалл и сквозь зубы поинтересовалась: – Не могли бы мы остановиться?

– Конечно.

Алес с интересом наблюдал, как я снова выбралась из экипажа, и, размахнувшись что есть силы, зашвырнула артефакт в дальние кусты.

Похоже, что разбрасывать вещи Инквизитора стало для меня своеобразной традицией. Ещё бы его самого из своей головы выбросить, жаль только, что это не так просто.

Вернувшись, я заметила, как заблестели глаза правителя, только не смогла сказать точно, какие эмоции были тому причиной. Снова устроившись на сиденье, как будто ничего и не произошло, я продолжила молча пялиться в окно.