Любовь по-драконьи

От напряжения голова загудела еще больше, сознание помутилось, но неимоверным усилием воли я удержалась и не скатилась в очередной обморок. Пока не переговорю со Свэном и не озвучу наш статус, терять сознание нельзя, иначе ой-ей-ей!

– Марина, ты они знать?

– Конкретно этих – нет, – отмахнулась я от переселенки, но она же неугомонная. Если не дали подраться с драконом, надо же теперь меня добить.

– А кто знать?

– Кто надо.

– А где нам тащить?

– Сказала же – в камеру, – простонала я.

Неужели не видно, что мне плохо?!

– Не в камеру, а в комнату преддопросного заточения, – поправил «мой» дракон.

– Кэпэзэ?! – возмутилась Аленка. – Но это не костеприемка!

– Чего? – в один голос опешили драконы.

– Негостеприимно, – пояснила я, вновь закрывая глаза, чтобы не видеть, как потолок качается над моей головой. Вместе со стенами, драконами и прочим антуражем.

– О гостеприимстве вам следует побеседовать с Мессиром, – вставил Аленкин провожатый, который гнал девицу с заломленными назад руками перед собой.

И только я расслабилась, осознавая, что у меня будет несколько часов на отдых перед очень непростой встречей, как опять все испортила моя визави.

– А кто у нас Мопсир?

– Мессир Свэндал Амиррен – хозяин Золотой Горы и Патрон Третьего континента.

– Эта то, которой юзерхапать контингент?

– Чего? – вновь не поняли драконы, но в этот раз я не спешила им на помощь.

– Марина Владимировна, – меня легонько потрясли, за что сразу же захотелось кого-то стукнуть. – Это оскорбление?

– Нет, – морщась от накатывающей боли и сглатывая ком тошноты, пояснила-таки я. – Это констатация факта.

– Какого?

– Что Мессир узурпировал власть на континенте.

– Не узурпировал власть, а создал Патронат, – с холодной вежливостью поправили меня, – в который все государства вступили по доброй воле.

– Угу, и с открытым сердцем, – пробурчала я себе под нос.

Помнится, после разгрома Три-пятого государства сердце тогдашнего вожака оборотней было подано Мессиру на обед.

– Прошу!

Тряска наконец-то закончилась, и перед нами отворили тяжелую металлическую дверь с тысячей затворов.

Осторожно сгрузив меня на жесткий и даже с виду неудобный диван, драконы откланялись, пообещав передать Мессиру весть о нашем появлении, как только тот появится.

Лучше бы не являлся вовсе, но, увы, такого подарка от судьбы я не ждала.