Артефаки. Часть 2

Изо рта не вырвалось ни единого нормально звука, хотя я открыла его и напрягла голосовые связки. Только хрип утопающего. А потом я сорвалась с места и побежала к Шэйну.

Я бежала, чтобы выцарапать ему глаза. У меня не было возможности орать, поэтому осталось одно единственное желание — убить.

Никто не мог помешать вцепиться ему в глотку и выдрать её вместе с позвоночником. Никто не знал, кто этот парень, и зачем он пришёл. Никто не знал, что он сделал.

— Берлингер!!! — прорычал Ник мне в ухо.

У него оказалась мёртвая хватка.

Он с такой силой обхватил и зафиксировал мои плечи, что меня мотнуло назад, ноги оторвались от земли.

Я впилась ногтями в каменные мужские руки.

— Пусти! — получилось прошипеть. — Пусти!

Пыталась выскользнуть, но по факту только моталась из стороны в сторону, словно загнанная в ловушку змея. Ноги извивались, как ленточки на ветру.

Нику было плевать.

Он протащил меня до выхода.

— Нет! Пусти! Пусти! — это было похоже на шёпот беззубой девяностолетней старушки.

Ник хладнокровно волок моё тело по коридору.

Я прикладывала все силы, чтобы вырваться, и не могла оценить, видит нас кто-то или нет, может ли кто-то помочь. Ничего не получалось. Он держал слишком крепко, в какой-то момент ноги оторвались от земли, и я тупо повисла на руке парня.

Мы ввалились в туалет. Мужской, женский — уже было неважно. Ник с необычайной злостью припечатал меня к раковине. Датчики среагировали на тепло кожи, полилась вода, под которую парень сунул мою голову.

Я упёрлась левой рукой.

Билась, будто в конвульсиях. На секунду показалось, что он решил меня утопить, но тут давление с его стороны ослабло. Я извернулась, отшатнулась назад, споткнулась и упала, больно ударившись правым плечом.

Дышать было тяжело. На пол капала вода с мокрых волос и лица.

— Ненавижу, — выдавила в холодный, до одури холодный кафель.

— Чё ты там шипишь, Берлингер?

«Зачем ты появился на свет, Юргес?» — вот, что мне хотелось спросить. Но этот вопрос был из разряда тех, на которые сложно найти правильный ответ.

Так что я повторила. Шёпотом:

— Ненавижу.

— Рад это слышать, а то я уж подумал, что любишь.

От тихой ярости я извернулась и пнула его ступнёй по ноге.

— Ты мне руку до крови прикусила! — Ник осторожно отошёл от меня на несколько шагов — во избежание.

Руку я не прикусывала, зубами бы до неё просто не дотянулась. Но говорить было настолько тяжело, что я не стала опровергать.

— Давай, вставай. И иди, куда там ты обычно ходишь, — сказал-выплюнул Ник.