Артефаки. Часть 2

— И? — на этот раз совершенно точно огрызнулся блондин.

— Закатный свет, Ник. Купол повреждён.

— И?!

— У него на коже выступают волдыри, — как идиоту пыталась донести самую очевидную мысль на свете. — Подползи, что ли, накинь на него свой пиджак.

Ник посмотрел на меня, как на полную дуру.

— Класс. А я останусь без защиты? — возмущённо уточнил он.

— Ты в тени.

— Пока я буду до тени ползти, то получу ещё больше ожогов.

— Ник! — прорычала я.

— Эрин, он, скорее всего, мёртв. Вон он, лежит, не двигается.

— Отличная способность — диагнозы ставить, — злобно плюнула я. — Ник, подползи! Ну же!

— Я тебя ради какого-то ребёнка не оставлю.

— Ник!

Он сделал вид, что не услышал. Под истошные завывания некой дамы, у которой, скорее всего, был обычный шок, парень облокотился на плиты, что сдавливали мне корпус, и попытался их сдвинуть.

— Ты меня не вытащишь один, — пыталась достучаться до его разума, — пожалуйста, Ник. Наверняка сюда выехали спасатели. Их нужно найти, показать, где мы.

— Эрин!!! Нахер мне этот ребёнок не сдался!!! — заорал на меня Ник и с размаху долбанул по щербатой плите, тут же заработав ссадину на кулаке.

Я прилегла на асфальт, чувствуя, как мелкие песчинки впиваются в кожу, из глаз медленно потекли слёзы. Сквозь мутную пелену едва смогла различить незнакомые образы приближавшихся людей.

Высокий мужчина уверенным шагом пересекал наш квартал, за ним шли ещё двое — намного крупнее, в шарообразных оранжевых куртках с характерными значками спасателей.

Пока их ноги двигались в нашу с Ником сторону, мужчина в костюме склонился над мальчиком, проверил пульс, пошарил руками по телу — двигать не стал, снял с себя пиджак и укрыл мальчишку выше пояса вместе с головой.

— Эван, — выдавила, ещё не разглядев его лицо, но просто… поняв.

Я словно провалилась в сон, где мельтешили неразборчивые фигуры, а мне приходилось наблюдать за этим, пытаться разобраться.

— Ноги, Эрин, ноги чувствуешь?! — будто уже давно пытаясь добиться ответа, повысил голос один из спасателей, едва не переходя на рычание.

— Не знаю, — выдохнула, — мне просто больно.

— Всё будет хорошо, — то ли обнадёжил, то ли безоговорочно пообещал мужчина. В эту самую секунду я ему поверила, как никому другому.

Спасателям понадобилось четверть часа, чтобы достать нужные инструменты, приподнять плиту и извлечь меня из-под завала. Всё это время мне хотелось лишь одного — орать. Но я держалась.