Артефаки. Часть 2

— Почему? — Ник оторвался от созерцания зданий за окном, повернул голову и посмотрел на меня.

— Сперва я должна вытащить друга.

— А потом?

— Не думала ещё.

— Серьёзно? Даже плана нет? Да ну, Берлингер, никогда в это не поверю.

— Плана нет, потому что я не знаю, смогу ли… справлюсь ли со всем этим.

Усталый вздох. Беспомощное покручивание видеофона в левой руке, в то время как правая без движения покоится на коленке. Сухие, перенапряжённые глаза, которыми тяжело даже моргать. Ко всему прочему — боль в спине и тянущая поясница.

Я состою из боли и усталости.

— Ладно, всё будет хорошо, — слабо улыбнулась, надеясь, что Юргес не заметил моего лёгкого помутнения.

— Друг — рыжий? — уточнил парень. — Тот, который примчался к тебе в больницу?

— Тебе это зачем знать? — Я настороженно покосилась на блондина.

— Интересно, — лаконично отмахнулся тот. И добил: — Вы встречаетесь?

— Решил покопаться в моём белье?

— Если бельё красивое, почему бы и нет, — ухмыльнулся он, резко заставив пожалеть, что употребила подобную фигуру речи.

— Очень мило говорить так о парне, который лежит в коме, — постаралась вернуть беседе немного логики.

— Что с ним случилось?

— Да тебе-то зачем это знать?

— Берлингер, тебе охота сидеть и молчать?!

— Дурацкая тема для разговора, не находишь? — холодно одёрнула я. — Он сделал экстремальный трюк, за который поплатился жизнью. Почти.

— Вы встречались до этого?

— Мы пытались, — честно ответила ему, зло глядя на блондинчика и силясь понять, ЗАЧЕМ ему знать обо мне такие подробности.

— Почему только пытались?

— Потому что мне тяжело сходиться с людьми.

Юргес сохранял будничное выражение лица, сидел расслабленно, и со стороны казалось, будто вёл непринуждённую светскую беседу.

— Всё? Допрос окончен? — уточнила, не сводя с него пристального взгляда.

— Ты встречаешься с кем-нибудь? Сейчас.

Я изящно выгнула бровь — в который раз уже, скоро выработается рефлекс.

— А что, есть предположения? — Ого, не думала, что умею звучать настолько хладнокровно.

— Эван, например, — хлёстко шлёпнул Ник.

— Прости?

— Эван. Отличный мужик. — Блондинчик посмотрел на меня с неслыханной наглостью, будто застал голой в душе, а сам держал одежду в руках, предлагая вернуть взамен на что-то.

— Эван хороший руководитель и достойный артефактник, — сдержанно проговорила я, чувствуя, как руки покрылись гусиной кожей.

— Да, любитель заходить в дом к своим стажёрам.

— Если ты ревнуешь, мы его попросим, чтобы он и к тебе зашёл.