Фамильное древо

Добросовестно выпив полный бокал виранийского вина и незаметно нанеся пару капель на запястья, я включилась в беседу почтенных леди, посетовав на ужасную духоту в зале.

Тема имела ожидаемый успех. У графини Лиэнн немедленно и очень кстати разболелась голова, и она тотчас связала этот досадный факт с духотой, кошмарной провинциальной погодой, из-за которой даже окна не открыть, и необходимостью выпить еще бокальчик. Две статс-дамы Ее Величества, прибывшие в свите третьего принца, тотчас же согласились с собеседницей по всем пунктам, и вокруг группки кресел засновали лакеи.

Я взяла еще один бокал и раскрыла веер. Запах нетронутого вина повис вокруг меня плотным облаком, и от одного его можно было опьянеть едва ли не сильнее, чем с бутыли.

Разговор набирал обороты. Графиня припоминала все полезные свойства перебродившего винограда (кажется, половину додумывая на ходу) и немедленно находила у себя признаки соответствующих болезней, которые следовало пролечить известным способом. Приходилось во всем соглашаться и пить.

Когда второй бокал драматически опустел, а целебные свойства себя так и не проявили, я решительно поднялась и, извинившись, сообщила, что духота все-таки ужасна и маркиз Альгринн ее тоже не выносил.

И пошла на балкон, печально размышляя о том, что тетушка Джейгор за такие номера запрёт меня в чулане, невзирая на возраст и титул. Хоть бы раз действительно напиться, что ли… оставалось только надеяться, что приплетенный к месту супруг спасет меня, даже будучи покойным.

Главное – действовать быстро. До подвыпившей графини дошло, куда я направилась и что намереваюсь сделать, и она испуганно охнула у меня за спиной, но, судя по поднявшейся суматохе, так переволновалась, что корсет сделал свое черное дело и ближайшую пару минут все лакеи будут заняты ей одной.

«Переживу», - решительно подумала я и рванула на себя дверь.

В уютный зал коротко плеснуло ветром и пеплом, но там всеобщим вниманием владела бессознательная графиня. Зато на балконе я произвела небольшой фурор.

Для начала, герцог Вайенн был там уже не один.

Его собеседник вряд ли мог значиться в списке приглашенных.