Свеча мертвеца

Через минуту количество телохранителей в гостевых покоях утроилось, через две – в мою спальню вломился лично Его Высочество, на ходу вещая что-то по-ирейски и не давая идущему следом Рино и слова вставить. Судя по кислой физиономии королевского асессора, августейший отпрыск благородных кровей только что заткнул его за пояс по части нецензурного красноречия, которое следователь до нынешнего момента считал своим коньком.

Мира пришла только минут через пять, когда телохранители уже были доведены до ручки, а Рино потихоньку начал зеленеть – не то от зависти, не то от сдерживаемого смеха.

- Ты в порядке? – первым делом поинтересовалась жрица.

Я утвердительно пискнула из своего кресла, куда меня запихали сразу же по завершению диалога с принцем. Видимо, высокая спинка, массивные подлокотники и стратегически важное расположение в самом темном, максимально отдаленном от дверей и окон углу подкупили госпожу Алливи мгновенно и безоговорочно, и любые мои попытки переместиться безжалостно пресекались.

- Своих агентов в Канаиле у Ирейи нет, так что я подключил королевский спецкорпус, - коротко отчитался Рино. – Но им нужны подробности. Для начала – хотя бы имя и адрес, но предположения, почему твоей безопасностью шантажируют твою мать, а не Его Высочество, тоже будут очень кстати.

Вот тут я уже не удержалась и мрачно хмыкнула. Кажется, ответом на вопросы Рино было одно только мамино имя. А если спецкорпусу вдруг все-таки покажется мало – можно еще и папино присовокупить.

- София Гирджилл, - вздохнула я и даже дисциплинированно начала припоминать адрес родительского офиса, но по вытянувшимся физиономиям присутствующих поняла, что это уже лишнее.

- Твою мать… - с чувством начал Рино, но вовремя спохватился.

- Та самая София Гирджилл? – уточнила Мира, азартно подскочив в кресле. – Личный врач семей Айгор и Морвейн?

- Не то чтобы личный, - я устало покачала головой. – У моих родителей частная практика в Канаиле. Но в столицу маму с папой тоже иногда вызывают. Они, разумеется, никогда не отказывают.

Я замолчала и встретилась взглядом с Третьим. Он каким-то образом ухитрялся сохранять совершенно спокойное выражение лица, хотя думал наверняка о том же самом.