Свеча мертвеца

Не хватало только пакета с углем – его заменяла стопка чуть отсыревших торфяных брикетов – да половины бутылки жидкости для розжига. Я охотно удовольствовалась остатками, разложив вокруг беспощадно дымящего костерка топливо на просушку, и тут же сменила свои болотные сапоги на пару мужских из спаскомплекта. Уходить в ближайшее время я все равно не собиралась, а обе пары моей обуви безнадежно промокли.

Художественно развесив болотные сапоги голенищами вниз, я пришла к выводу, что, в общем-то, в сушке я нуждаюсь целиком.

Тощее одеяло из спаскомплекта тоже отсырело, но все равно было гораздо суше моей одежды. Только вот развесить ее оказалось некуда: если чемоданчик и сам шалаш весеннее половодье пережили благополучно, то палки-распорки, на которых вешался котелок с похлебкой, то ли уплыли, то ли вросли в землю настолько, что найти их не представлялось возможным. Вокруг, конечно, хватало чахлых кустиков, где можно было наломать веток, но одна только мысль о том, чтобы выйти под дождь, заставила меня содрогнуться и малодушно разложить вещи на пакете из-под торфа.

Если бы меня сейчас видел Его Высочество, с красноречием у него наверняка наметились бы проблемы…

Но он не видел, а потому не замолкал. Под мерное мурлыканье его хорошо поставленной речи я деловито раскопала в спаскомплекте здоровенную жестяную кружку и выставила ее из шалаша – набирать чистую воду. По уму, пить лекарства из штатной аптечки не следовало – срок их годности истек аккурат за месяц до моего визита, а специфические условия хранения и вовсе подарили им неповторимую индивидуальность, но особого выбора у меня не было.

Простуда в мои ближайшие планы не входила определенно.

- Кейли, ты же не собираешься прятаться всю жизнь? – ­безнадежно взывал к моему здравому смыслу упрямый Третий.

Я шмыгнула носом и поплотнее закуталась в одеяло.

У меня явно намечались проблемы с тем, чтобы переждать здесь несколько дней, не говоря уж обо всей жизни.

А что самое обидное – ведь опять билеты в Канаиль пропадут! А меня родители ждут, соскучились же… но раз уж мне хватило дурости засветиться рядом с третьим принцем Ирейи, вокруг которого вертится невесть какая интрига, то к родителям нельзя ни в коем случае. Не хватало еще вывести на них очередные ценные «восемьдесят три кило»…

По той же причине нельзя просить помощи у друзей. Они мне все еще дороги.