Свеча мертвеца

А тут у него целая галерея изловленных на непристойном поведении придворных, один подозреваемый, с которым как раз внушительно беседовал вполголоса какой-то солидный господин, простым взмахом бляхи мгновенно заткнувший всех соседей и судью разом… Но Рино остался в зале. Почему?

Я вздрогнула и обернулась, но принц по-прежнему сидел перед судьей, выпрямив спину и сложив руки на столе, как примерный ученик. Леди Джиллиан соревновалась с ним по части каменно невыразительных гримас – не то чтобы совсем уж безуспешно.

- Тот лорд – это кто? – шепотом спросила я у Миры, указав глазами на тихо удаляющегося из зала мужчину в компании внушительного господина.

- Тайрон ри Гаттри, баронет Хоули-Ран, - машинально скользнув взглядом по его спине, отчиталась жрица. – Раньше работал на Темера ри Кавини, но, когда серебряные рудники в графстве истощились, предпочел… - она прервалась, вынужденно отвлекаясь на очередной резкий стук, и виновато развела руками – потом, мол.

Но я и так видела, что он предпочел – не очень высокую, но хоть как-то оплачиваемую должность при дворе. Такая простецкая вышивка на мундирах была у половины служащих, мелькавших в посольстве. Ничто не мешало бедствующему баронету быть осведомителем заговорщиков – но, судя по тому, что ушел он без конвоя и наручников, повода подозревать себя до сих пор не давал.

Судья тем временем переждала прочувствованное бурчание операторов и переключилась на убаюкивающий спор с представителем леди Джиллиан.

А потом заметила, что Рино снова отключился, переговариваясь с кем-то по сенсорам, и у Третьего – точно такой же отсутствующий вид. Тут явно затевалось что-то недоброе, а судья, как назло, будто нарочно тянула время, снова вызвав в зал маму и пристав к ней с совсем уж идиотскими вопросами. Мне нестерпимо хотелось последовать ее примеру, выбрав в качестве цели невозмутимого асессора, но снова шептаться я не рискнула.

А зря. Наверное, решись я, хоть знала бы, чего ждать.

Мама в очередной раз сухо перечислила факты, подтверждая отменное здоровье пациентки, и Его Высочество, дождавшись тяжелой паузы, попросил слово. Судья настороженно позволила.

Принц дисциплинированно поднялся и встал перед кафедрой, повернувшись лицом к залу. Камеры и микрофоны мгновенно отстали от мамы, нацелившись на него.