Свеча мертвеца

- Нет, - ровным голосом ответил следователь, не дослушав, и замолк.

Более говорливый пилот тоже не спешил что-либо пояснять, из чего я заключила, что влипла по уши. Похоже, господа из спецкорпуса подозревали, что «ласточка» рухнула не случайно – и в качестве основной линии разрабатывали меня, невзирая на то, что с магией я не могла иметь ничего общего по медицинским показаниям, а остатки заклинания до сих пор висели над болотом.

Прорваться через заграждение оказалось на диво просто: стоило следователю вылезти из автофлакса и посветить своей суровой физиономией, как полицейские беспрекословно разошлись в стороны и тут же сомкнули ряды за нашими спинами, закрывая нас от журналистов, нацелившихся на брешь.

Мы подоспели аккурат к тому моменту, когда из срезанной половинки «хвоста» звездолета вылез перемазанный в саже и масле спасатель. Вид у него был крайне озадаченный.

- Там пусто, - доложил он, едва разглядев следователя.

- Людей нет или вообще ничего? – педантично уточнил агент, остановившись четко на границе бочага в пяти метрах от тонущего корабля. Ближе подходить не рисковал – как будто лично облазил болото и знал все тропки наперечет.

- Там камни и мусор, - с недоумением сообщил спасатель. – Каюты пустые и необжитые, груза нет, пайков нет… как будто на «ласточке» никто и не летел с самого начала!

- А кто тогда посылал запрос? – растерялась я.

И только тогда заметила, что пилот пристально наблюдает за моей реакцией.

- Не врет, - с легким удивлением констатировал он, как будто все это время держал меня подключенной к детектору лжи. – Действительно не знала.

Следователь механически кивнул, принимая к сведению, развернулся и четким армейским шагом отправился обратно к автофлаксу. Только торжественного марша не хватало.

Я скептически вздернула бровь и перевела взгляд с его удаляющейся спины (ну, не совсем спины) на явно позабавленного пилота.

- Простите, госпожа Кэнвилл, мы должны были убедиться, - вот и вся вежливость, на которую его хватило.

- Система аварийного отслеживания сработала на семнадцати тысячах метров, - скупо ответила я.

Пилот прищурился, и я поняла, что логи он читал очень, очень внимательно. И помнит, что расчет траектории начался с высоты именно в семнадцать километров – а значит, засечь падающую «ласточку» я должна была гораздо раньше.