Паргелий

Тогда будущая Владычица ухитрилась самостоятельно найти противоядие, вычислить виновных и даже под шумок немного подправить Кодекс Альянса; перспективный брак закончился разводом, а наследника у Хеллы по-прежнему нет, хоть Адриана и вышла замуж повторно.

Рино, конечно, явно недолюбливает принцессу Хеллы и обладает достаточным уровнем носорожьей прямолинейности, чтобы не скрывать свое мнение даже от нее самой, но чтобы он и впрямь оказался одним из тех Двух Бастардов, которые ее отравили?

- Не верю, - вслух заявила я.

Рино поднял голову и с нескрываемым интересом уставился на меня, но тему развивать не стал, из чего я заключила, что там действительно приключилось что-то мутное. Если бы он и вправду отравил Ее Высочество, то вулкана с два бы его оставили в живых, а вот если его подставили и он молчит об этом… мне он все равно не расскажет, но, может быть, удастся прижать принца?

…Не удалось.

Пролежень в старом диване был аккурат по форме Рино, великоват для меня, но я так устала, что меня это уже не волновало.

Я скатилась в центр уютной выемки и уснула, не дождавшись развития темы; еще слышала сквозь сон, как ищейка ходит по комнатке и укрывает меня пледом, предательски пахнущим дешевым табаком и чем-то спиртным, - но сил, чтобы проснуться и отчитать этого балбеса, я в себе не нашла.

Не удивлюсь, если, когда я вернусь из столицы, он будет ждать меня в Храме.

С еще одной печенкой, ясное дело.

А утром, когда я пришла в Храм, разом погрустневшая Анджела первым делом сообщила мне, что принц ушел ночью, взяв в качестве временной охраны пятерку капитана Рино, и официально известил наместника о своем прибытии раньше срока, в связи с чем инспекция переносится на несколько дней вперед.

Герцогу ри Лиданг предлагалось радоваться, что столь опасные для его владений камарилловые месторождения будут исследованы в срочном порядке, и документы о назначении комиссии по контролю уже почти готовы.

Мне Его Высочество изволил оставить краткое письмо, в котором грозился забрать меня на своем корабле через четыре дня и лишний раз упоминал, что с Верховной он на эту тему договорился.

Больше – ни единого слова.

Признаться, я испытала малодушное облегчение. Глядишь, за четыре дня я забуду, синие там прожилки в его глазах или нет… и про солнечный ореол вокруг его головы – тоже.

Мне не нужно ни его сердце, ни его тело. А ему от меня не нужно и вовсе ничего.

Пожалуй, всем нам будет лучше, если так и останется.

Глава 20.