Паргелий

Зато Рино отлепился от стены и проникновенно выдохнул мне на ухо:

- Мира, честное слово… однажды я тебя придушу.

Я отодвинулась, машинально потерев руку, предательски покрывшуюся мурашками, и печально констатировала:

- Верховная сделает это раньше.

И ведь что самое обидное – за дело! То есть придушит, а лучше уже не станет ни ей, ни Храму…

- Я поговорю с сестрой Нарин, - попробовал было испытанное средство Его Высочество.

- Вот и поговорите, - я с некоторым удивлением взглянула на принца. Похоже, этот чудак всерьез рассчитывал, что я стану ему что-то рассказывать в обход Верховной! – Если она даст разрешение, я, разумеется, отвечу на все вопросы и отдам наши записи, касающиеся исчезновения сестры Дарины.

Но до тех пор – извините!

Наверное, он бы еще попытался уболтать сперва меня – и не факт, что не получилось бы, все же язык у этого паршивца подвешен до неприличия хорошо, - но меня спас вежливый стук в дверь. Его Высочество пошел открывать, а я схлопотала от Рино щелбан и комментарий:

- Ладно еще меня отшивать, но принца… - закончить, почему грешно отшивать именно принца, он так и не успел, схлопотав щелбан сам.

Так нас и застукала Верховная: Его Высочество с привычной нейтрально-доброжелательной физиономией, вежливо посторонившийся при виде главной жрицы Храма, капитан Сыска, видимо, решивший, что уже наступило то самое «однажды», когда он меня придушит, и я, пытающаяся ответить ему полной и безоговорочной взаимностью при помощи лески, соединяющей подол с правым браслетом.

- Вижу, вы отлично сработались, - невозмутимо констатировала сестра Нарин, скрестив руки на груди.

- Просто прекрасно, - хрипло подтвердил Рино, поспешно отпуская мою шею. Ой, кажется, у него след от лески останется…

Хотя если следы останутся у меня, я его точно придушу.

- Вы очень вовремя, сестра Нарин, - так же невозмутимо сообщил второй Эльданна Ирейи. – Я как раз собирался поговорить с Вами.

- Какое совпадение, - пробормотала Верховная. Ее фраза осталась без внимания, поскольку Его Высочество как ни в чем не бывало продолжил:

- Вы оказались правы, когда предлагали мне на время праздника остаться во внутренних помещениях.

Мое же поведение было непозволительно легкомысленным и недостаточно дальновидным. Я подверг опасности Ваши жизни и жизни сотен Ваших прихожан и должен принести извинения, - Его Высочество склонил виноватую голову с таким царственным видом, что мне самой захотелось перед ним извиниться за то, что он вынужден так распинаться.