Паргелий

Детей она тоже любила, но полагала, что лучшее, что она может для них сделать, - научить их служению и Равновесию, невзирая на их же яростное несогласие.

- Надеюсь, вы осознаете, какой пример подаете моим воспитанницам, Ваше Высочество, - заметила она и сурово поджала губы. При виде этого у меня мелко затряслись коленки, и всяческие непочтительные мысли о благородных принцах, прячущихся под кроватью от наставников, стали близки и понятны, хотя период моего воспитания давно (и безуспешно) закончился.

– Сейчас у них должен быть урок арифметики. Этот навык чрезвычайно важен в ритуалах Равновесия, и недостаточный его уровень может стоить одной из них жизни!

- Я понял, - серьезно кивнул принц, окинув взглядом окружившую его стайку. – Позволите ли вы мне присоединиться к уроку? Я бы с удовольствием послушал. А выделенную мне келью успею посмотреть и после занятий, если сестра Мира сумеет выкроить время.

Показать ему келью могла любая из младших сестер, но помимо этого принцу наверняка хотелось бы выслушать новости и планы, так что я вмешалась, прежде чем девочки в порыве небывалого патриотизма выразили готовность сопровождать Эльданну где угодно и когда угодно (но лучше бы все-таки прямо сейчас):

- Как пожелаете, Ваше Высочество, - сотворила жест Равновесия на прощание, благосклонно кивнув ответившим тем же воспитанницам, и отправилась обратно в приемный зал.

Я успела как раз вовремя, чтобы застать новую прихожанку. Она ворвалась в зал, заливаясь слезами и прижимая к груди крохотный сверток.

Из вороха пеленок выглядывал синеватый носик и маленькая ладошка с потемневшими кончиками пальцев.

Все слова про не задернутый полог и пожертвование застряли у меня в горле. Тилла привстала за алтарем, округлив глаза.

Женщина пробежала через весь зал и без раздумий сунула трясущуюся руку в левую чашу весов, куда традиционно клали жертву. На правую, куда и следовало, по идее, положить ладонь, бережно опустила ребенка.

- У меня ничего нет, - выдавила она между всхлипами.

– Но моя дочь… - все остальное утонуло в рыданиях, но мы уже и так видели.

Цианоз, как есть цианоз… у такой крохи… и что теперь? Забирать что-то у кормящей матери – не вариант!

- Она будет жить, - успокаивающе сказала Тилла, без промедления выровняв весы, и женщина разрыдалась еще горше, похоже, подумав, что она-то этого уже и не увидит.

- Равновесие не станет ничего брать у тебя, - решилась я.