Паргелий

И тихо обтекла на месте.

Я лежала на коленях у нервно хихикающего Рино, а над моей квадратной головой склонился, сосредоточенно нахмурившись, зеленоглазый блондин, и манера держаться выдавала его сразу, невзирая на потасканную куртку и грязную тряпку вместо защитной маски.

Как будто всего этого было мало, на пороге маячил сержант Кориус со товарищи, тщательно изучая представленную их вниманию картину, и на их физиономиях значилось что-то вообще непередаваемое.

Глава 8. Как упечь принца в монастырь

- Вы меня доконаете, - проникновенно сообщил отекший, несчастный и желтовато-бледный капитан Рино.

Принц виновато развел руками. Поскольку Его Высочество основательно перепачкался в моей крови, выглядело это так, будто он уже начал доканывать горемычного ищейку из жалости, и взял перерыв исключительно потому, что добить упертого носорога с одного захода не удалось.

Я была занята тем, что пыталась умыться в тазу. Несмотря на твердую уверенность Верховной в том, что кровь гораздо лучше отмывается в холодной воде, моя физиономия производила общее впечатление, что я в меру своих возможностей помогала Безымянному принцу, а потому робкие попытки капитана воззвать к моей совести прошли незамеченными.

Зато пятерка ищеек дружно потупилась и разве что пол носочком ковырять не принялась, вынудив их желтушного лидера с обреченным видом рухнуть в кресло и поинтересоваться:

- Что-то стряслось по дороге на Боринг?

- Так точно, капитан, - виновато признался один из рядовых – я их никак не могла запомнить.

- Не совсем так и не точно, - вопиюще неуставно поправил его сержант. – До самой дороги мы не успели дойти. Беспорядки на ярмарке.

- Что, тому мошеннику с масками все-таки прижали хвост? – бестактно влезла я, оторвавшись от таза. Сгустки крови с ресниц все равно не отмывались подручными средствами.

Судя по виду сержанта Кориуса, посягательств на свою честь я могла больше не опасаться: чтобы снова воспринимать меня как женщину, а не как окровавленный красноглазый кошмар, доблестному ищейке пришлось бы обратиться к магу-менталисту на предмет почистить память от лишних картин.

- В него выстрелили, - сказал, наконец, сержант. – Он что, попытался…

Вот теперь он смотрел на меня, как подобает, с изрядной долей суеверного страха и благоговения, Верховная бы одобрила.