Паргелий

Король упорствовал, но на мою сторону неожиданно встал Третий и развел такую демагогию, что даже его собственный отец был вынужден уступить, невзирая на то, что после отключки магических способностей у риттера практически сразу исцелился и теперь изливал на всех окружающих скопившийся за время болезни яд.

Я, впрочем, тоже хороша: от продолжительных споров на тему моей дальнейшей судьбы остался неприятный осадок, от которого я знала всего одно, зато верное средство – работа. Поэтому вторую неделю, вообще говоря, мы проторчали в столице потому, что набранный штат первой магической школы резко оздоровился, а методический кабинет зарос хаотическими кучами заметок и наработок.

Педантичному, параноидально аккуратному стилю работы, свойственному королевской семье, мне еще предстояло научиться.

Но к концу второй недели, когда не попадавшие на пентаграмму работники кончились, а наработки оставалось только систематизировать, я спохватилась, что мои родители до сих пор не в курсе, что вытворила их дочь, и подлым шантажом стребовала с новоявленного мужа поездку в Лиданг.

Рино повздыхал, нагрузил подчиненных ценными указаниями и срочными заданиями и все-таки сдался.

О том, чтобы воспользоваться планетолетом, потратив на путешествие целых два дня, даже речи не шло. Пришлось заранее смириться с тем, что первый мой полет так и останется последним, и бегом бежать к телепортисту.

В приемном зале Храма дежурила Тилла – в компании Анны, старшей послушницы, которой предстояло занять мое место.

Я задернула за нами с Рино шелковый полог и, обернувшись, грустно улыбнулась. Здесь я выросла и выучилась, здесь прошла почти вся моя жизнь – а теперь вот это место кажется мне чужим и далеким. Кто бы мог подумать, что на подобные метаморфозы уйдет всего пара месяцев?..

Тилла с Анной, впрочем, моего ностальгического настроения не разделили. Едва завидев нас с Рино на пороге, обе начали давиться смехом в незабвенной манере Анджелы - которая, впрочем, почти сразу выпорхнула из внутренних помещений и тут же присоединилась к сестрам в попытках умереть от хохота.

Я добросовестно отметилась у сосуда для пожертвований – взгляды жриц машинально отдрейфовали к потолку, где по-прежнему скрывалось зеркальце, - и вопросительно приподняла бровь.

- Мама с папой еще не приехали?

- Нет, они где-то под Борингом, будут к полудню, - справилась с собой Тилла и тут же снова заулыбалась.

Поздравлять меня, что характерно, сестры не спешили.