Чужая

Конечно, о моих «прогулках» они знают и ничего против не имеют (по крайней мере, не говорят об обратном), но все равно… не хочу и все. Пусть выглядит, как каприз, но факт остается фактом: мне до сих пор (спустя шестнадцать лет!) тяжело даже просто здороваться с отчимом. Чувствую на себе его тяжелый взгляд, и прямо не по себе становится. Ощущение, что он не смирился, но ради мамы терпит.

В поселении есть определенный порядок, определенные законы и традиции. Они существуют много веков. И когда что-то идет не по плану (например, такая белая ворона, как я, появляется на свет; точнее, черная ворона среди белых), конечно, тяжело смириться! Я его не осуждаю.

Уйдя подальше от дома, дошла до любимой полянки. Стоило прийти, как на встречу с радостным писком полетела ласка. Приземлилась на плечи и ласково забодалась.

Взяв её на руки, погладила гибкое белое тело с короткой шерсткой.

— Привет, Лисса. — Ласка заурчала.

Пожалуй, Лисса — помесь ласки с каким-то летающим существом (да, айвиры скрещивают животных, выводя новые популяции) — единственная, кроме мамы, кто был мне по-настоящему рад.

— Ну, как ты тут?

Ласка что-то заговорила на своем языке — я лишь грустно улыбнулась. По-хорошему завидую тем, у кого есть дар понимать животных.

Чмокнув мокрый чёрный носик, села на мягкую траву, скрестив ноги.

— Потренируемся немного?

Лисса, заурчав, приземлилась рядышком, словно поддерживая меня.

Благодарно улыбнувшись, положила расслабленные кисти на колени. Большой палец соединила с указательным.

С медитации начинают все. Состояние покоя позволяет лучше прочувствовать свою силу, свой резерв. Нужно лишь правильно дышать и отпустить всё, что тревожит.

Последнее было самым сложным. Стоило мне расслабиться, как перед глазами появлялись сцены из кошмаров. Тьма в обличии волка, рыси, медведя (и прочих животных) нападала на меня. Происходило это всегда в лесу.

Спустя всего пару-тройку минут воспоминаний, я вздрагивала, открывала глаза, а вокруг потихоньку начинала клубиться тьма. Не знаю, почему ласка её не боится. Лисса лишь поближе садится, а когда я очухиваюсь, спокойно смотрит мне в глаза своими бусинками-глазками.

На этот раз я не стала рассеивать силу. Сидя в центре нее, словно в коконе, протянула руку, касаясь.