7 грехов лорда Кроули

— Ну, извините, бокалов для вина тут не предусмотрено. Смелее. Она не отравлена.

— Откуда знаете?

Признаться, моей уверенности поубавилось с тех пор, как я пообещала Кроули пройти сие маленькое испытание. Одно дело бахвалиться, сидя за столом в гостинице, а другое — смотреть на воду из волшебного источника и действительно выпить ее.

А если Кроули задаст какой-то другой вопрос? Не тот, который планировал?

Или вода и вправду окажется ядовитой?

— Не отравлена. Я был тут пятнадцать лет назад, — ответил Кроули. — И как видите, жив.

— А что вы здесь делали? — попыталась я потянуть время новым вопросом.

Кроули ехидно улыбнулся.

— Отвечу на этот вопрос сразу после того, как вы ответите на мой, — лорд постучал пальцами по ведру.

От страха я даже перекрестилась, в очередной раз звякнув жемчужинками.

— Не поможет, — будто назло, усмехнулся стервец. — Пейте уже, а то зря теряем время.

Сжав челюсти, я сделала решительный шаг вперед.

Ледяная вода обожгла горло так, что свело зубы, а я закашлялась, совершенно не ожидая, что окажется настолько холодно. Казалось, мороз пробрал меня от желудка и до самой последней клеточки тела, от ногтей и до кончиков волос. Я будто сама стала льдом, и все мои мысли тоже покрылись инеем.

— Что замышляет духовенство? — будто из ниоткуда раздался голос. — Вас послали расстроить свадьбу?

Я потеряла уверенность, что со мной говорил Кроули, этот голос был явно другим.

— Никто меня не посылал, — выдохнула я. — Я не понимаю даже, о каком заговоре речь.

Договорила, и холод, сковывающий тело, в мгновение отпустил, а я обессиленно полетела на подогнувшихся коленях вниз.

Но удариться не успела, руки Кроули подхватили у самой земли, не давая упасть.

— Второй раз за день лечить не буду, — произнес он, встряхнул, будто куклу-марионетку, и поставил на ноги. — Держитесь? Вот и отлично, аббатиса. Что, нелегко дается правда?

Я хватала ртом воздух, держась одной рукой за колодец, а второй за плечо Кроули. Вцепилась, словно клещ, и выпустила только тогда, когда поняла, что хватаюсь за убийцу собственного отца.

Захотелось брезгливо вытереть руки, предварительно вымыв их в этой самой воде правды.

— Я старая женщина.