Раз есть вопрос, то должен быть ответ.

Я подняла взгляд на самого дорогого для меня человека и поняла, что в этот миг Саша видит то же, что и я. Мы будем счастливы, любимый. Теперь. И - навсегда!

Глава 24. Но остановка - всё ещё не бездна!

Женька- Твою ж дивизию! – воскликнула я и вынула физиономию из монитора.

- Что-то случилось, Женечка? – спросила Изольда, появившись в комнате с попугаем на плече.

Я невольно улыбнулась, хотя настроение у меня было, что говорится – «ниже плинтуса». Но пиратский вид нашей квартирной хозяйки не мог оставить меня равнодушной.

- Случилось – вздохнула я. – Суд внезапно перенесли. И я не знаю – хорошо это или плохо? В непредсказуемой стране живем, однако. Так что я сейчас быстренько одеваюсь и выметаюсь. Может, еще успею к назначенному времени добежать.

- Без бумашшшки – ты букашшшка…. – тут же высказался крылатый Оракул.

- Я со своей, как ты говоришь, «бумашшкой» теперь не расстаюсь. У меня «корочки» даже не в куртке лежат, а в «толстовке».

И я похлопала себя по карману.

- Скажи лучше, птиц вещий, чем все закончится-то? Знаешь, сейчас так хочется, хотя бы на часок, такую маленькую карманную фею!

Как из старого диснеевского мультфильма про спящую красавицу.

Чтобы она сказала «бибиди-бабодибум» и все-все сложилось, разгладилось. Вернулось. Пусть не все, но главное...

Арчи на минуту задумался, а потом выдал:

- И на обломках самовластья напишут наши имена…- Ни фига себе – утешил!!! Хватит нам уже обломков!!! Второй век пошел, как мы на них живем! Точнее, выживаем. Сначала одни идиоты к власти пришли, теперь другие лезут.

Ах, большевики священнослужителей уничтожали!

А ничего, что церковь государя в 17м году предала? И в помощи ему отказала? На уровне Священного Синода, на минуточку. Вот и получили по грехам своим! Зато теперь прекрасно научились идти по пути советской власти и отнимать все, что понравится! Я уж молчу о том, что в светском государстве религия в школу лезет, причем со страшной силой. С «добрыми» намерениями. Дескать, молодежь у нас – тупая.

Причем, лет до тридцати. И не понимает, что делает. Хорошо, что те, кто в семнадцать лет на фронт уходил – этого не знали! Ладно, что я тут с ТОБОЙ дискуссии веду –мне ж бежать пора! Благо суд от нас не далеко.

Я сдернула с вешалки куртку и, забыв о том, что лифт работает, помчалась вниз.

- Береги себя, деточка! – Изольда, перегнувшись через перила, махнула мне рукой.

Свежий мартовский ветер, словно пытаясь утешить, ласково коснулся моего разгоряченного лица.