Приют

Оставить Ларри без присмотра он не решался. К тому же, ему безумно хотелось задать ей парочку вопросов. И он ждал ее пробуждения, как ребенок ждет Новогоднюю елку. Но прошло еще несколько часов, прежде чем пиратка пошевелилась на постели. Павел отставил в сторону бутылку, и сел рядом.- Сейчас утро или вечер? – спросила Ларри, не открывая глаз.- Ночь – ответил он. Приложил к своей щеке ее пораненную ладонь, а потом осторожно поцеловал след от пореза. И спросил:

- Болит?- Ерунда. Бывали дни и похуже. Ты же видел мои шрамы.

Если целовать каждый – тебе недели не хватит. В схватке на такие пустяки внимания не обращают.- Часто тебе приходится драться?- Ну – это как с сапогами. Иногда я чищу их часто. Иногда – редко. Когда идет дождь, то вообще не чищу – улыбнулась Ларри. – Все зависит от того, кто на тебя нападает. Бывает, что в драку можно не ввязываться. Но иногда отвертеться не получается никак. И она вспомнила тот последний бой с карателями.

«Жемчужина» летела на всех парусах. Но впереди уже показались клыки рифов – чтобы обойти их, требовалось сбавить скорость и начать маневрировать.

Барбосса уже понял, что их догонят именно там.- Не жалеть пороха. Беречь людей. Суда столкнулись у камней. Желтый корабль прижался к борту, каратели взлетели на тросах. Гектор выхватил свою шпагу, крикнул Ларри: «Выводи корабль!» И встретил первых нападавших на мостике. Седьмым, восьмым и сто тридцать вторым чувством капитан угадывал удары и движения нападавших. И удачно уклонялся, парировал и отбивал черные кривые клинки. Его выручало то, что он был воином, чье тело действовало прежде, чем он понимал, как и зачем взмахнул мечом...Ларри выдернула к штурвалу старину Гиббса и кинулась на помощь капитану. Матросы отчаянно рубились – вдвоем, втроем нападая на одного карателя. Гиббс одной рукой крестился, не переставая, а другой – держал штурвал. И «Жемчужина» рвалась из плена, словно корабль чувствовал, с какой дьявольской силой сражается его команда. Отбиваясь, Гектор понимал, что нападавшие, слишком быстры. Люди так двигаться не могли. Да и не были они людьми – каратели были выше и мощнее любого матроса «Жемчужины». И всё же ему каким-то чудом удавалось сдерживать их. Команда дралась отчаянно, но уже слишком много тел лежало на палубе, и маловато было тех, кто стоит на ногах. И ещё меньше было шансов победить. Ларри дралась из последних сил – с тоской думая о том, как некстати их с Патером занесло в гости на «Жемчужину».