Не оставляй идущего во тьму.

Словами ведь тоже можно приласкать…

- А можно, я как-нибудь иначе – по старинке?

- Хи хи! Ну да, конечно! Классика жанра – «я старый солдат и не знаю слов любви»!!! Как же я забыть-то могла!

- Господи, Ларри! Опять ты за свое?!! Балаган – наше все?

- Конечно! Лучше смеяться, чем плакать! А то мы с тобой, чего доброго, еще жалеть себя начнем.

- Ну да.

Особенно, если учесть, что согласившись на эту авантюру, я чувствую себя виноватым…

- Забей! Что такое – жизнь человека, или двух, по сравнению с исторической справедливостью? Принятие своей судьбы освобождает от жалости к себе! Нам бы с тобой «ночь простоять да день продержаться».

А в Замке времени на сомнения и сожаления уже не будет. В драке думаешь только об одном: как точнее нанести удар! Лучше помни сейчас, что я бесконечно тебя уважаю. И люблю. Ты, дорогое мое величество, - лучшее, что было и есть в моей жизни...

Очнулся Павел от умопомрачительного кофейного запаха. Ларри, сидела в кресле с кружкой в руке и ноутбуком на коленях, и что-то писала.

- Выспался? Кофе хочешь? – спросила она, не отрывая глаз от экрана, и задумчиво тыкая в клавиатуру одним пальцем. – Подожди, сейчас допишу Мышке поздравление и тебе кружечку принесу.

- А к напитку что-нибудь прилагается? Я бы не отказался позавтракать – ответил император, чувствуя, что после сумасшедшей ночи он чертовски голоден.

- С этим сложнее. Мои драгоценные потомки страшнее корабельных крыс – от них в холодильнике только пустые полки остаются! Но, сдается мне, что на твое счастье я где-то видела парочку каменных сухарей.

- Зря мы на свадьбу не поехали – вздохнул Павел, натягивая джинсы.

И мечтательно добавил:

– Могли бы там вкусно поесть.

- Это мероприятие никак не вписывалось в наши планы. И ты это знаешь. Свадьба – в Москве, а мы – в Петербурге. И, к тому же, временем уже не располагаем. Поэтому придется обойтись тем, что я отыщу на кухне. Слава Богу, что хотя бы курево - в наличии. И кофе. Без них я ничего бы сейчас не придумала. Это музыкантам везет - у них, когда они сочиняют, обе лапы заняты.

А я двумя руками печатать так и не научилась. И в свободную конечность все время просятся то трубка, то стакан…

- А что ты там нашей девочке насочиняла? – спросил Павел, вороша золу в камине, и проверяя – все ли там погасло?

- Не скажу! – улыбнулась Ларри. - Это наш маленький женский секрет.

Рассказывать о том, что она неплохо умеет играть в слова, ей не хотелось. Пиратка всегда считала это несерьезным занятием.