Черная метель

В воздухе повисла забористая ругань и женские крики.

Чиновник наблюдал за происходящим с откровенным удовольствием, машинально взмахивая рукой и сжимая кулаки. Дана решила, что происходящее не стало сюрпризом для этого человека. Она уже начала благоразумно отступать назад. К счастью, теперь с обоих боков ее прикрывали ибер и кучер, у которого в руках заметила здоровенную дубинку.

Внезапно Девоне стало очень грустно. Неужели все, что она делала — бессмысленно? Или эти люди тоже заслужили только кары?

— Что означают цвета на вашей повязке, мастер?

Господин с двойной фамилией замер от неожиданного вопроса и, машинально коснувшись ткани, начал расправлять две аккуратно сшитых полоски.

Повязка перекрутилась и он, пробурчав что-то неразборчивое, бросил это занятие. Широко расставив ноги и задрав подбородок, словно стараясь стать выше, городской чиновник отчеканил, как солдат на плацу во время доклада:

— Красный — это кровь, общая для нас всех, а черный — это родная земля, которую мы пообещали защищать.

Девона покачала головой.

Да, стоило ли бежать в этот мир, чтобы в очередной раз встретить наяву то, что раньше она могла увидеть только в телевизионных программах.

Драка закончилась, люди разбежались. У балкона повсюду валялись втоптанные в грязь обрывки газет, шляпы, какие-то рваные корзины, и посреди всего этого разгрома бродила брошенная кем-то белая курица.

Один из людей с красно-черной повязкой сильно пострадал и теперь сидел, привалившись спиной к стене дома, а его товарищ пытался остановить льющуюся с рассеченного лба кровь.

Остальные бродили бесцельно, словно не понимая, что делать дальше, искоса посматривая в сторону своего вождя.

Ибер с обнаженным клинком шагнул вперед, но Девана успела придержать его за рукав.

— Мы уезжаем, Марк. Мне здесь перестало нравиться. Ковентина, поспеши в карету. А я сейчас.

Девана ощутимо ткнула пальцем в грудь мужчины.

— У меня почему-то сложились другие ассоциации.

Она поспешила отпрянуть назад, не желая вновь наслаждаться весьма чувствительным “ароматом” чиновника.

Так что его ответ прозвучал тогда, когда она отступила на пару шагов.

— Да? И какие же?

Сила уже пылала в ней, “сестры” просились наружу, но Дана решила, что сейчас слов будет достаточно:

— Красный — это огонь, в котором вы готовы сжечь всех, кто отличается от вас. А черный — это пепел, в который вы готовы превратить окружающий мир.

Мужчина отшатнулся, и его лицо исказила полуусмешка-полугримаса.