Черная метель

От одних дверей к другим, не касаясь пыльных каменных плит на полу коридора, в сверкающем блеске шелка, как в облаке солнечного света из рук Неделимого, создателя всего сущего.

Девана неожиданно для себя подогнула колени, пытаясь совершить книксен. Но уже через секунду замерла, выпрямив спину и вцепившись обеими руками в подол платья.

— Господин первосвятитель!

Сочетание этих двух слов показалось ей глупым, хотя, если задуматься, тот кто первым принес свет новой веры, в какой-то степени являлся облеченным властью над всеми другими людьми.

Ведь не будь его, кто принес бы всем им знание и откровение? Наверно, кто-то другой. И тогда он был бы господином. Но не над ней.

Слегка забывшись, Дана позволила вечному старику прочитать мысли или он не ожидал от нее ничего другого. Впрочем, кто знает, может быть, неожиданное появление в самом сердце ее нынешней твердыни, было как раз для того, чтобы вывести ее из себя.

Спокойное выражение лица вместе с тенью улыбки, скрывающейся среди многочисленных морщинок в уголках глаз и в почти незаметном изгибе бледных губ, откровенно давало понять, что священник подготовился к их встрече, начал свою партию белыми.

А она, забыв об этом, вырванная из важных, но мелких текущих дел, оказалась к его ходу совсем не готова.

— Здравствуйте, Девона!

Первосвятитель скользнул взглядом по ее платью, остановившись на секунду на драконе, обвившимся своим телом вокруг дерева с расцветшей раскидистой кроной.

— Я вижу, вы много читаете, но может, для таких символов время еще не пришло?

Пламя вспыхнуло в ее глазах.

Языки огня мелькнули среди прядей волос и на ослепительно белой коже предплечий.

— Вам не нравятся мои поступки, священник?

Кошки наконец выступили из-за ее спины, неуверенно оглядываясь, и Дана положила руку на голову с начало одной, а потом другой, пытаясь успокоить их или успокоиться самой.

Мужчина не сдвинулся с места, но в его словах теперь можно было уловить насмешку.

Или это была неуверенность?

— Чудесные животные. Вы не находите?

Исул раскрыл пасть и показал свои впечатляющие клыки. Дана сжала загривок каракала, и он возмущенно зашипел. Разжав пальцы, хозяйка принялась нежно поглаживать кота, не отрывая взгляда от священника. Ответ ее прозвучал мягко, подобно шелесту волны шелка под ладонью:

— Они видят тени. И полутени тоже. Так говорят.

Священник приложил руку к губам.

— В этой жизни возможно все.