По морям; По земле; В небесах… Одиссея капитана Станислава

В семь часов утра, не дав размять лапы и погонять ждущих оборотня наседок, он явился в каюту к Теодору, облачённый в бриджи, шляпу и сандалии на босу ногу. В маленькой каюте ставни были закрыты от солнца, и с одурелым сонным жужжанием летала муха. Рамзес, открыв глаза, поприветствовал вошедшего Денниса и новый день широчайшим зевом. После этого — показав окружающим гланды, поймал жужжалку. Пасть захлопнулась. Ден решительно сглотнул:

— Доброе утро! Надеюсь ты готов? Пошли!

— В добрый путь, бедолага, — напутствовал его Теодор, перевернувшись на другой бок, собираясь ещё похрапеть…

***

Приблизительно в то же время Маргарет сидела в каюте и писала письмо — сама себе! В этих путевых заметках она, в сотый раз подробнейшим образом, объясняла, почему дипломатия и разведка — мужское дело, и зачем женщинам вышивание.

Собравшись с мыслями и взяв его вновь, графиня услышала мягкие уверенные шаги замшевых сапог …

Сапоги остановились у двери. Маргарет немного подождала, но, так как никто не входил — окликнула. Станислав переступил через порог — льдистые синие глаза излучали холод. Он стоял, рассматривая её с неизменно вежливой улыбкой, сверху - вниз; снизу - вверх…

— Леди, — наконец, обратился он к ней, — сколько вы имеете фактического годового дохода?

— О, Вы всё-таки решили жениться на мне, граф, и уже подсчитываете приданое? — не без раздражения, ожидая очередную гадость от графа, спросила она.

— Нет, мадам. Просто захотелось узнать.

Горечь и обида, поднявшиеся сметающей разум волной, не смогли раздробить самообладания, и Маргарет сумела переборов себя внимательно посмотреть на капитана. Она ни разу не дала повода к подобным издевательствам. Станислав не был похож на отцов-иезуитов. И тем не менее, что-то было неладно.

— У меня есть серебряные рудники и семьдесят тысяч годового дохода золотом, — сказала она. — это всё моё. Я не пользуюсь оставленным мне наследством вашего отца. Как вы знаете, я прожила в браке с ним меньше года.

— Так вот, мадам, нам этого мало.

— Мало для чего?

— Мало, чтобы оплатить налог на земельные наделы вперёд на триста лет, — сказал граф, и положил лист с расчётами ей на стол.

— Налог? — не понимая, повторила она.