Ангел смерти и Ошибка Природы

У него их накопилось порядочно:

– Почему я знаю твоё имя, но ты до сих пор не отчалила в мир мертвых?

– Почему ты мне так нравишься?

– Почему у тебя крылья?

Стоп. У меня что, тоже появились крылья? Я изогнула шею, повернула голову, ощупала спину, но ничего материального не обнаружила. Ни пуха, ни перьев.

– Они сотканы из эфира, – мягко усмехнулся Жнец, перехватывая мое запястье. – Искрятся, как снег на солнце.

– А твои чернющие, просто жуть, – буркнула я. – Ты сильно изменился.

Барон не дал бы погрешить против истины: Жнеца больше не шатало на ветру, он выглядел энергичным, готовым к великим свершениям и мог бы, наверное, даже дать достойный отпор Ноккави, если бы тот задумал сразиться.

В ответ на мое высказывание владелец жутких крыльев иронично приподнял бровь, сделал вид, будто оборачивается – эти самые крылья проверить. И вдруг порывисто притянул меня к себе, уместив на талии горячие ладони.

– Ошибка Природы, ты восхитительна. Люблю тебя до смерти.

– Не отпустишь? – проворчала я и ткнулась носом ему в плечо, куда в процессе перерождения явно добавили литых мускулов.

– Я почерпнул о тебе столько информации, Айю, что отпустить так просто не выйдет, – страстно прошептал он мне на ухо. – Часть души, которую ты ко мне подселила, жаждет объятий с тобой, поцелуев с тобой и еще много чего такого, о чем не принято говорить вслух.

К моим щекам прихлынула кровь, а кончики ушей наверняка окрасились нежно-розовым, в тон сегодняшней заре. Было совершенно очевидно: Барон и Жнец – детали одной мозаики.

Накал страстей гарантирован. Потому что есть лесной дух, к которому меня опять влечёт (вот к чему может привести незначительный добрый поступок на фоне прочих предосудительных). Потому что Жнец мне тоже безумно нравится, и это новое чувство невероятно сильно.

А вот что насчет Жнеца и Ноккави – большой вопрос. Уживутся ли они бок о бок или порвут друг друга на куски? Делаем ставки, господа.

– Слушай, Айю, – произнес перерожденный с вкрадчивыми интонациями Кровавого Барона. Он отодвинулся, удерживая меня за плечи, и внимательно вгляделся в лицо. – Значит, ты теперь чиста? Без примесей? Никаких голосов в голове. Ведь так?

– В точку, – ответила я, пока не понимая, к чему он клонит.

– Попробуй-ка, превратись. Что-то мне подсказывает, ты уже не дефектная, а самая обычная фея.