Невольник с планеты Сан

Харт замер на мгновение, выслушивая отчёт устройства связи в своем ухе о том, что Сэди, пользующаяся гораздо более старой моделью у себя на запястье, перевела ему сумму, которую он там ловко выторговал у торговца. Затем взял подобострастно предложенный ему торговцем поводок от ошейника санийца и направился к выходу.

Его смешки, подмигивания и намеки нисколько не трогали Сэди. Она, следующая за ним, уже погрузилась мыслями в работу в надежде, что перепоручит новое приобретение заботам Глэдис и сможет выбросить его из головы.

Глава 2

Всю дорогу домой Сэди безразлично смотрела вдаль. За окнами автомобиля мелькали дома: одинаково маленькие в нижней части города и одинаково большие в верхней, с крышами, обшитыми серыми пластинами, улавливающими каждый блеклый луч Светила. Изредка встречались приземистые и разлапистые деревья, каждое за небольшой оградой, чтобы их хрупкое существование ничто не могло нарушить.

Выезжать в город ей никогда не нравилось. Потом ещё очень долго приходилось вытравливать из души множество оттенков серого и черного цвета, чтобы ни один из них ненароком не прокрался на её холсты. Работы Сэди ценились так дорого именно за яркие, порой чересчур смелые, краски, за тепло, которое они дарили. Она улыбнулась, закрывая глаза и вспоминая последние слова одного из известных критиков о том, что у её картин можно отогревать душу, как ноги у камина.

Сквозь прикрытые веки Сэди услышала, как Харт притормаживает у ворот их старинного особняка, стоящего всего в двух кругах от дворца Императора. За заслуги предков им была положена особая привилегия — дополнительный участок земли, отведенный под сад: несколько деревьев и ряды теплиц, где они могли выращивать фрукты и овощи для своей семьи.

— Разберёшься с ним сама? — спросил Харт, распахивая дверцу с её стороны и помогая ей выйти прямо к распахнутым уже его командой воротами.

Сэди, погрузившаяся в мечты о цветах, почти с изумлением покосилась на высокую темную фигуру, покорно стоявшую рядом: про невольника и то, куда они вообще сегодня ездили, она успела позабыть.