01. Вопрос Жизни и Смерти!

Летта невольно, как любая женщина, любовалась его крепким телосложением, гордой осанкой, чёткими чертами лица и уверенными сильными движениями. Даже его ухмылка на одну сторону лица, не смогла её засмущаться. И было в той улыбке что-то звериное, коварное, обнажающее клыки — привлекательное.

— Нравится клинок? — спросил брюнет у Тиберия.

Тибр, спрятавшись за ногу Летты, утвердительно кивнул. Незнакомец решил дать подержать необычное оружие мальчишке, но Летта остановила его на первом шаге:

— Вы считаете, можно давать ребёнку клинок, который и Вам небезопасно держать в руках?

Незнакомец от удивления улыбнулся.

Между ними двумя повисло небольшое напряжение, такое бывает, когда оба знают некую тайну, но не знают наверняка, известна ли тайна другому. Летта видела, что клинок сделан из сплава с не самыми хорошими для магов свойствами. И Летта видела, что обладатель кинжала — не самый обычный человек.

Незнакомец убрал оружие в ящик и подошёл к мальчику уже с другим предметом. Он присел рядом с ним и подкинул в руках раскладной нож:

— Матушка же не против подарка за хороший вкус? — мужчина, улыбаясь, бросил взгляд на Летту.

Но та не успела ничего ответить. Тиберий, сосредоточенно рассматривая резную рукоять, спокойно забрал себе нож и так же просто сказал:

— Деката — моя няня.

— Няня? — было видно, что незнакомец приятно удивился.

Он оглянулся на прилавок, вспомнил, что у него сейчас перерыв, да и он вовсе тут не работает. И ему уже пора идти в сторону площади.

— Такой красивой няне и её воспитаннику не место в столь премерзком переулке, — на секунду отвлекаясь, он взял свою рубашку с крючка на столе. — Тут бродят страшные люди.

— Вы, например, — съязвила Деката, недоверия обольстителю.

— Я проведу вас до площади. — Он взглянул на Декату с провоцирующей ухмылкой, — зовите меня Николло, — и не отрывал взгляда, пока девушка не ответила взаимным смешком.

Тиберий взял её за руку.

Они толком не успели поговорить, так обмолвились несколькими словами о политике и погоде. Летте нравились умные люди, поэтому была совершенно не против общения с Николло. Но на площади в весёлого брюнета врезалась маленькая девочка. На вид несколько старше Тиберия, лет восемь-девять.

— Папенька! — крикнула она, сразу вскинув руки к его шее. Русая бестия тут же оказалась в его объятьях.