01. Вопрос Жизни и Смерти!

И, к сожалению или к счастью, человеческие разум и психология устроены так, что, выбрав идеальный полюбившийся эскиз, он начинает искать его в реальной доступной жизни. Увы и ах, но полюбив картину, люди ищут похожий пейзаж.

Убедившись, что безответственные стражники «сожгли» её тело, Летта вернулась в швейную лавку. Там было уже трое братьев. В благодарность незнакомке, они не стали задавать лишних вопросов.

Летта купила у них простые женские наряды. Примеряя лёгкий сарафан и жилетку, она увидела в отражении чёрный парик.

— Чем вы красите одежду? — спросила Летта, свободно укладывая волосы на голове, прикидывая лучшую причёску.

Третий брат сразу понял для чего ей краска:

— В соседней лавке продаётся хна и басма. Девушки любят краситься в чёрный, но не знаю, возьмёт ли цвет Ваши волосы, госпожа. — На седине краска держалась нестойко.

Летта грустно вздохнула, а когда торговец отвернулся, внимательнее всмотрелась в зеркало.

— Значит, чёрный, — решила Летта.

— Как Вы это сделали? — удивился третий брат, украдкой увидев это превращение.

— Что? — не понимая, спросила седая Летта. — На улице карета проехала, а Вы уже обвиняете меня в колдовстве? — возмутилась девушка, сложив руки на груди. — Продайте меня ещё этот парик.

Десять лет назад Летта уже была в Риме. В тот раз она выбрала роскошную богатую жизнь. Что для мага найти деньги? Но минуло десять лет.

Может, из-за прошедших скитаний она больше не хотела быть у всех на виду, может быть, ей просто это надоело, как цвет волос или цвет костюма, и она делала выбор по принципу «такого у меня ещё не было», а может быть, в этом выборе была как-то скрытая цель. В любом случае Летта устроилась няней в дом богатой семьи. Сдала Пророка в конюшню, там же спрятала оружие.

— Няня? — мальчика лет шести, что едва дотягивался до руки девушки, звали Тиберий.

— Что, Тибр? — но Летта редко произносила его имя полностью, потому что душу мальчика звали точно, как реку, на которой основали Рим, а не «Тиберий».

— Почему Вас зовут Дека́та? — Забавно, что мальчик обращался к няне на «Вы», когда его родители надменно не замечали людей ниже себя по статусу.