01. Вопрос Жизни и Смерти!

Почему? Мысли Смерти свернули на излюбленную тропу рассуждений о разнице между Богом и человеком. Раньше он сравнивал только на основе Смертности и Бессмертности, но сейчас, казалось, был близок к разгадке:

«Человек по природе ущемлён. При жизни я мог использовать только десять процентов то силы, что теперь есть у меня благодаря бессмертному телу. Боги ограничили людей в возможностях. А сами? Боги всесильны? Могут пользоваться своим разумом и телом на все сто процентов? Тогда это даёт им право властвовать над другими.

Но и Боги несовершенны. В бессмертном теле тоже есть непреодолимый порог. Семьдесят, максимум, семьдесят пять процентов! Кто ограничил Богов в возможностях так же, как они поступили с людьми? Кто создал Богов?»

— Кто был до Вас, Люцифер? — Смерть только успел озвучить вопрос, как пришлось настороженно обернуться. В этот миг до его уха донёсся тонкий и протяжный звон, словно от холодных северных льдин эхом отражался жалобный женский крик.

— Кто-то умирает? — догадался Люцифер по повадкам ученика.

Тот кивнул и нехотя поспешил откланяться. Люцифер впервые за долгое время был рад, что на Земле кто-то умирает, потому что Смерть начал задавать вопросы, на которые Дьявол не знал ответа.

Смерти больше не нужно было каждый раз возвращаться в ту чёрную комнату. Своё обучение он закончил ещё триста лет назад. И если бы школа Люцифера выдавала аттестат и диплом, у Смерти таковой был бы красным со знаком отличия. Теперь Хранителю нужно было лишь присмотреться, чтобы взглянуть на умирающую душу, словно подсматривая за ней через щёлочку в двери.

Он почувствовал боль, рваное горячее дыхание. Увидел место, где лежит тело, и переместился туда.

Огонь вспыхнул под чёрным высохшим деревом на просторном лугу. Смерть тут же с любопытством отвёл взгляд от своих серебристых карманных часов и огляделся. Это место было ему знакомо. Было в этой земле что-то родное. Такое чувство приходит от старых забытых фотографий.

Он повернул голову в сторону раскидистого скелета дерева, и совершенная память подсказала верную догадку.

Здесь много чего изменилось. Место уже трудно было назвать обрывом. Земля на краю посыпалась, превращая крутой склон в невысокий холм. За ним возвышались верхушки деревьев, что росли уровнем ниже, это вовсе выравнивало местность. Лес, за которым раньше была его община, тоже поменялся. Стал более густым, деревья выше и величественнее.

Смерть осмотрелся.