01. Вопрос Жизни и Смерти!

Это тягостное одиночество окрасило пешеходов в серый цвет, нарисовав вместо них призраков простым карандашом. Вслед за людьми поблёк и волшебный город, а за городом окрас потерял и весь мир.

Смерть огляделся, поправив чёрные очки. Только уходить ещё не спешил. Его внимание привлёк небольшой киоск. В таких местах при необходимости можно было купить всё: ручки, цветы, сувенир, чашку, душу продавца (всё зависит от покупателя). Но Смерть сейчас интересовала лишь газета… Он не мог по простой случайности прочесть рифмованные латинские слова, что завершали недосказанную ссору минутной давности, как контрольный выстрел.

Пусть строки и были напечатаны, он узнал Её почерк. О, Она часто оставляла послания, что можно было объяснить, как Знак судьбы: например, фраза случайного прохожего, слова в песне, надпись… Всё, что угодно, откровенно говоря, но простой человек принял бы этот Знак за обыденное совпадение.

Смерть слишком хорошо Её знал и точно понимал, что этот «Знак судьбы» предназначен ему.

«Я так хочу тебя убить» … Ему было больно читать эти строки. Он предал Её. И Она его никогда не простит».

Из-за Неё он мучился все эти годы. Её он ненавидел и проклинал, любил и прощал, пытался забыть — последнее для него было главной пыткой. Из-за Неё он заключил контракт с Морфеем, чтобы навек лишиться снов. Это настоящая мука: быть с кем-то рядом в мире грёз и открывать глаза в сером мире полном одиночества.

Эту мстительную стерву невозможно забыть.

Быть может, здесь была замешана Её магия, Её всевидящий взгляд, быть может, этому виной морфий, но иногда, когда Смерть закрывал глаза, он ощущал Её присутствие.

Да, вот стук Её каблуков смешался с тишиной в коридоре. Она повернула направо возле Моны Лизы, гордой поступью войдя в гостиную. Смерти представился Её образ из двадцатых годов прошлого века: белое шёлковое платье, чьи откровенные детали скрывало светлое меховое манто, длинные белые перчатки и аккуратный клатч в цвет наряда.

Образ подошёл к подоконнику. В плеере сменилась композиция. Смерть тут же раздражённо выдохнул сквозь зубы, ибо явившийся образ был рад вскрыть старую рану. Заиграла песня Металлики «The Unforgiven II», напоминая Смерти обо всех его непрощённых грехах.

Но тут случилось нечто неожиданное, непривычное.