01. Вопрос Жизни и Смерти!

Слишком много судеб должно было совпасть, пересечься, чтобы Хранители успели проскочить на белый свет. «Это наш единственный шанс», — говорила Кали. «Другого шанса узнать истину у нас не будет».

Самая большая ошибка человека, из-за коей сюжет его жизни заворачивает в страшные дебри трагедии, это не любовь, нет — это неумение разговаривать. Если бы человек свободно спрашивал то, что хочет узнать, и отвечал то, что думает, он бы не знал бед. Спроси Хранители Богов о Вечности, не надо было бы изворачивать свою судьбу в хитроумный замысел.

Или у них никогда не было другого выбора?

В графике Хранителя Времени были учтены даже выходные. Октябрь. 1791-й год. Утром, проходя мимо Летты, Смерть, как обычно, кротко поцеловал её, вдыхая запах её свежих духов. Чтобы между ними не происходило, Смерть не мог избавиться от этой привычки, ибо как-никак привычке было полторы тысячи лет. Примерно так же оправдывался Абадонна, когда Марена заговаривала о вреде курения.

— Девочки, вы скоро? — Смерть ходил по коридору, на ходу застёгивая чёрный жилет поверх тёмной рубашки. Карманные часы подсказали ему, что можно было бы и поспешить.

Летта сидела за туалетным столиком, широко раскрыв глаза, дабы накрасить ресницы.

— Да-да, я уже иду, — ответила она, когда Смерть приобнял её за талию, целуя в шею.

— А где Кали? — прошептал низкий голос у её уха.

— В своей комнате. А твой кафтан в гостиной.

Она спроектировала его маршрут. Из гостиной, поправляя шитые манжеты парадной одежды, Смерть направился в детскую.

— Кали, ты…? — он хотел спросить «ты готова?» Но вместо этого озадаченно выпалил, — что с тобой?

Кали скучающе качнула головой. На вид ей сейчас было лет пятнадцать.

— У меня депрессия… — она следила за летящей к её носу пылинкой. Когда крошечная частичка достигла своей цели, девочка свела глаза к переносице.

— У подростков не бывает депрессии, — Смерть зашёл в комнату.

— Я очень старый подросток. У меня переходный возраст. И я не хочу никуда идти.

Смерть усмехнулся, складывая руки на груди. Ей ли говорить о возрасте. Он достал часы, заключив пари с самим собой «За сколько он сможет изменить её решение». Часть сознания ставила на тридцать секунд, другая на пятнадцать минут.