01. Вопрос Жизни и Смерти!

— Что произошло? — Смерть не верил зеркалу.

Люцифер опустил взгляд, будто сам был в этом виноват. Но истина была в другом:

— Твой друг выколол тебе глаза, — голос Люцифера стал тише, в нём появилось сочувствие. — Арай в точности воссоздал твоё тело внешне, но в твоих глазах остался след от насильственной смерти, её отпечаток остаётся на душе и проявляется во всех последующих жизнях. Их ещё называют родимые пятна — шрамы из прошлых воплощений.

Смерть, едва дыша, всматривался в свои пустые выцветшие белые глаза, в которых ещё недавно была жизнь, а теперь лишь монохромное молчащее бессмертие.

— Арай восстановил твоё зрение, — продолжил Люцифер. — Но исцелить душу он не смог — над душой ничто не властно. Поэтому впредь, друг мой, будь осторожен. В твоих глазах осталась метка той страшной силы, она делает твой взгляд опасным, а для слабых людей даже смертельным. Старайся не смотреть напрямую в глаза людей. — Дьявол не любил ссылаться на Закон, но, поджав губы, пересилил себя, впервые за день помогая себе жестами, — Хранитель Смерти не имеет права вмешиваться в человеческую историю.

Не имеет права приближать время смерти, продлевать жизнь, взаимодействовать с людьми, изменять их решения, если эти действия не согласованы с написанной судьбой. Нарушение данной статьи уголовно наказуемо, — наконец он спокойно выдохнул. И поспешил отвлечь Смерть от самого себя, указав на потайную комнату.

— Пойдём, здесь есть ещё интересные вещи, — Дьявол повернул едва заметную ручку и открыл дверь в никуда.

В кромешную тьму. Он спокойно шагнул за порог, после чего Смерть, круговым взглядом пробежавшись по контуру прохода, нерешительно пошёл за ним. Дверь за ними закрылась сама, оставляя их в непонятном чёрном пространстве.

— Где мы? — Смерть привычно задал вопрос, его голос исчез в тёмных глубинах. Это было странно, казалось, звуку совсем не от чего здесь отражаться, будто потайная комната вмещала в себе всю бесконечность.

Привыкнув к мраку, Смерть стал различать что-то поблёскивающее вдалеке.

Несколько тонких лучей света, что, подобно сияющим нитям, были натянуты от точки на неопределённом потолке, до плоскости, что можно было назвать полом. Этот холодный свет струн зачаровал внимание Смерти.

Они проявлялись одна за другой, пронизывая чернь вокруг. Их были сотни, если не тысячи. Но насколько бы ярким ни было их сияние, тьма вокруг оставалась непроглядной. А быть может, в этом пространстве больше ничего не было: ни стен, ни потолка. Только нити.