01. Вопрос Жизни и Смерти!

Я ответственен за работу своих подчинённых, а тебе, как целительнице, запрещено подходить к пациентам, находясь в состоянии наркотического опьянения, — ну вот, он опять вырезками из кодекса говорил.

— Да, но если кто-то другой травками балуется, ты им просто выговор пишешь, или увольняешь! Чем я заслужила это вечное третирование?

Мара не давала ничего сказать в ответ, этот скоростной поезд невозможно было перебить:

— Вечный контроль, опеку!

— Я ко всем отношусь одинаково, — успел вставить Дьявол.

— Да-а? И кому ещё в Тёмном мире ты пел колыбельные? Да, я намного младше тебя, но я уже давно не ребёнок! — Но обиделась она, действительно, как ребёнок.

Летта поочерёдно посмотрела на них, пускай они и ссорились, но выглядело это очень мило:

— Семейные разборки всегда со стороны выглядят забавно.

— Мы не родственники, — тут же уточнил Люцифер и вычеркнул другие виды связей, — просто друзья.

— Между прочим, — а вот Марена зацепилась за эти слова, — я чувствую себя младшим ребёнком в семье, главой которой являешься ты, — она указала на Дьявола.

— А старший кто?

— То есть ты не отрицаешь, что относишься ко мне, как к проблемному подростку? — Марена ждала ответа несколько секунд, но не получила его и тихо развернулась к столу, продолжив говорить о своём, — старший… Конечно же, это наш Хранитель. За эту человечку ты готов и Светлый мир на колени поставить, будто он твой первенец.

Марена знала, что «отцу» не нравились разговоры на эту тему, поэтому вернулась к старой:

— Эй, ну тебя долго ждать?! — крикнула она в приоткрытый дверной проём. Почти сразу там показалось сияние, и в комнату юрко прошмыгнуло что-то маленькое, жужжащее и мохнатое. Это было что-то среднее между скучающим котёнком и недобитой стрекозой. Как бы мило не выглядел этот комочек сияющих шерстинок, Летта настороженно покосилась на нож, когда сие творение дурного сна подлетело к ней опасно близко и вперило в неё свои большие непонятно откуда растущие любопытные глаза.

— Не бойся его, — с интонацией доброй собачницы сказала Марена. Нужно было ещё добавить: «Он не кусается», — но это было бы откровенным обманом, а Богиня такое не одобряла. — Это мой помощник.