Сказка о принце. Книга вторая

Нет худа без добра, впрочем: до весны с Элалией и Версаной удалось заключить перемирие, и страна получила передышку. Высвободились силы, чтобы навести порядок в так и не затихшей до конца Тарской. Был также отправлен полк на запад, навстречу приморскому Самозванцу; в середине марта он был пойман и отправлен в столицу под конвоем. Судить его обещали всенародно.

Об истинном короле говорили теперь почти не скрываясь. В войско самозванцев – что западного, что северного – шли, конечно, не все, но слухи о том, что принц Патрик жив, невиновен и собирает сторонников, росли день ото дня.

Теперь таких болтунов даже не очень вешали – если всех вешать, страна скоро обезлюдеет. Правда, говорили, в основном, среди простонародья; дворяне благоразумно держали язык за зубами. Но бывали и такие, кто отказывался уезжать из захваченных самозванцами областей, даже если им предлагали друзья, живущие в Леренуа или на юге. И это даже несмотря на постоянную угрозу разорения или поджога поместий: самозванцы не отличались разборчивостью в методах.

Следующей весной еще один «лже-Патрик» объявился на юге – теперь в Вешенке. Вот это было уже совсем серьезно, потому что рядом – Съерра. А Съерра, спорная территория, стала теперь элалийской землей: в марте закончилось перемирие, и наступающие отметили это стремительным продвижением вглубь Лераны. Йорек, король Элалии, объявил Густаву свои притязания на то, что «было когда-то нашей землей». Густав в хроники и старые карты не полез, отправил на юг подкрепление, но это было последним, что могло собрать по своим закромам правительство.

Был объявлен еще один рекрутский набор: теперь забирали последних – стариков и мальчишек.

Вся весенняя страда легла на плечи баб. И коров, потому что лошади тоже почти уже были реквизированы для военных нужд. А ранняя и невиданно жаркая весна обещала такое же жаркое, как в прошлом году, лето. Между тем цены на муку поднялись еще выше; голод перестал быть только сказкой, страшным призраком, скользящим по краю семейных преданий. Голодали целыми провинциями, заваривали лебеду и крапиву, пекли хлеб из муки, смешанной с картофельными очистками.

Неизвестно, что там пообещал народу вешенский Самозванец, но к началу лета войско его не уступало, пожалуй, правительственному, разве что было чуть хуже вооружено. В июне Самозванец объявил Вешенку своей… править обещал справедливо, но строго, а в доказательство повесил нескольких забулдыг из своих, пытавшихся отобрать у кого-то из крестьян остатки муки.