Сказка о принце. Книга вторая

Запекшиеся, обметанные лихорадкой губы, прикрытые глаза, обведенные голубоватыми тенями, тонкая шейка вся в ярких пятнах сыпи… Его Величество король Август Первый Дюваль, малолетний правитель Лераны… мальчик шести лет от роду.

Когда Лестин, стараясь ступать по ковру неслышно, подошел к огромной кровати, от полога отделилась невысокая фигурка. И только по шороху платья и золотым волосам лорд Лестин узнал Изабель – так осунулось и похудело за эти дни ее лицо.

- Как он? – едва слышно спросил лорд.

- Плохо, - так же полушепотом отозвалась принцесса.

- Что говорят лекари?

Изабель молча покачала головой. И понимай как хочешь…

Старый лорд осторожно коснулся ее руки, успокаивая и утешая. Глаза принцессы были сухими, губы твердо сжаты – и только теперь Лестин увидел, как изменилась и повзрослела Изабель за это время. Одета она была очень аккуратно и строго, волосы стянуты в узел на затылке, поверх платья – передник сестры милосердия, но главное не в этом – по-взрослому усталыми и твердыми стали прежде веселые ее глаза.

- Как себя чувствуют их высочества? – так же негромко спросил лорд.

- Они сейчас в детской, - отозвалась Изабель, - с мадам Фивен. Занимаются рисованием. Мессир Тюльен опасался за их здоровье и распорядился удалить девочек подальше, но теперь, кажется, опасности нет.

- А вы?

Девушка пожала плечами:

- Я болела скарлатиной в детстве и поэтому могу не бояться.

И прерывисто вздохнула. Видно было, что она очень устала, и Лестин решился предложить:

- Быть может, вам следует пойти отдохнуть, ваше высочество?

- Да, - кивнула принцесса, - скоро я уйду и вернусь только к ночи. – И добавила, помедлив, тихонько: - Я не хочу оставлять его на ночь одного…

Понятно, подумал старый лорд.

Изабель быстро огляделась – и сделала знак лекарю выйти, тот послушно попятился за дверь. Принцесса коротко вздохнула, шагнула еще ближе, так близко, что лорд Лестин ощутил слабый запах ее духов и дыхания.

- Лорд Лестин… - она говорила едва слышно. – Есть ли вести от моего брата?

Бог весть, как сумел он сдержать изумленный вздох и не выдать себя.