Сказка о принце. Книга вторая

Господина ван Эйрека, в свою очередь, несколько раз спросили, отчего он в дни испытаний не в действующей армии; Патрик отговорился ранением на дуэли, на что выслушал неодобрительные замечания о ветрености нынешней молодежи.

Не обошли вниманием в разговоре и самозванца в Таларре – хоть и далеко север, а видно было, что тема эта обсуждалась не раз.

- У меня кузина замужем за секретарем господина наместника Таларра, - говорила дородная, молодящаяся Эмма фон Визен, красным с розовым кружевом платьем напоминающая вишню в сахаре.

– Их, слава Богу, не тронули, но писала она, что самозванец грабил богатых почем зря – и бедноте все раздавал, вообразите.

- Может, он и не самозванец вовсе? – поправляя косынку на груди, возразила ей пожилая и добрая, похожая на старушку из детских сказок Шарлотта Луассон. – Может, и правда…?

- Бог с вами, мадам, - прогудел в седые усы статный, щеголеватый полковник Ксавье. – Доподлинно же известно…

- В том и дело, голубчик, что ничего толком не известно, - покачала головой Луассон.

– После побега наследного принца с каторги о нем ничего не слышно было… а теперь – вот, извольте. Да и не верю я, что он против отца умышлял.

- Ну, и чего добился? – фыркнул пожилой господин, имени которого Патрик не запомнил. – Неужели он собирался с помощью мужиков вернуть себе трон? Право, если это действительно принц, то я думал, он умнее. Где и когда мужики добивались успеха?

- Не скажите, - фон Визен украдкой распушила фальшивый локон. – Не стоит недооценивать этого самозванца – вон, Таларр-то ведь занял…

- И что? Два полка армии – и вся любовь.

Много ли им надо, мужичью-то…

- Как же мужичью, если принц…

- Да убит принц, господа, - громко сказал Ксавье. – Мы начинали службу вместе с графом Дейком, отцом молодого Дейка, друга принца. И до сих пор переписываемся… редко, правда. Он говорит: погибли оба. Если бы, говорит, живы были, уже бы, говорит, Ян дал знать о себе.

На мгновение все притихли.

Острая боль была похожа на ожог.

Торопливо извинившись, Патрик поднялся из-за карточного стола, даже не доиграв партию, и вышел.

После шума голосов и взрывов смеха тишина сада казалась почти оглушающей. Где-то громко пела вечерняя птица, в траве трещали не то кузнечики, не то иные какие твари. Пахло цветами. Патрик остановился у розового куста, сплошь усыпанного бутонами, провел пальцами по нежным лепесткам. Дернул к себе ветку, не ощущая боли от вонзившихся шипов, сжал в ладони.