Терраформер: "Мицелий"

Он никому и никогда не был нужен, разве что как инструмент. Да и вам тоже, леди… я ведь вас знаю, вы экс-младший лейтенант Малиновски, а ныне наёмница. Вас объявляли в розыск. Вы просто работали на него, он вам остался должен как наниматель. Понимаю. Знаете, мне нет дела до ваших преступлений. Мы позволим вам обоим уйти, проблемы с меркурианскими собратьями компании не нужны. Даже заплатим. Хорошо?

Таня снова ударила — вдвое сильнее и заставив Соукула дёрнуться всем телом и инстинктивно закрыться. Амаури приложил огнетушитель к затылку, давая понять: воспользуется.

Вот прямо сейчас.

— Отведи к нему, — сказала Таня. — Остальные ваши пусть сидят в крысятнике. Сам отдашь приказ, отключишь андроидов и ловушки. Имей в виду, идти будешь с нами, если что — сдохнешь первым.

Она держала «капитана» за горло: кожа была тёплой и гладкой, артерия часто билась и трепыхалась. Очень хотелось то ли пережать её, то ли рвануть — пусть вытечет ярко-алая пенящаяся кровь, хрустнет позвонок, всё сразу.

Таня была сильнее, чем выглядела.

Ее недооценивали, но потом жалели. Впрочем, тип из «ДатаГен», спец по модификациям, три четверти которых уходили на военные нужды, вряд ли считал её маленькой хрупкой блондинкой.

— Хорошо, — сказал он, улыбаясь ровно половиной рта. Левой половиной. — Смысла никакого. Но я сделаю так, как вы хотите.

Йозеф Соукул приложил дрожащую руку к двери лаборатории. Позади остался уже знакомый коридор — сейчас залитый аварийным красным, словно яйцо, в котором развивался себе спокойно зародыш, а потом кто-то раздавил хрупкую скорлупу.

— Ещё раз повторяю, в этом нет никакого смысла.

— Десятый за пять минут. Шевелись.

Таня пихнула его вперед, нож остался у горла. Соукул пытался от его увернуться, но добился лишь пары порезов на шее, Таня оставила их не специально, вертлявый тип сам нарвался. Амаури прыгнул на пол, а потом снова взобрался по стене.

— Он здесь, — сказал Амаури.

Таня промолчала.

Лаборатория — или какой-то странный «отсек для хранения» — оказался тесным помещением, в котором помещался один резервуар, похожий больше не на ванну, а на старинный гроб, только их вроде делали из дерева, а этот был из прочного стекла, прозрачный.

Илай лежал, сложив руки на груди в почти молитвенном жесте, вокруг плескалась красноватая и, похоже, вязковатая субстанция. Прямо из горла торчала белая гофрированная трубка, выходящая наружу, но приборов Таня не увидела, все шланги — второй врос в живот ниже пупка, — вели прямо в стену.