Сказка о принце. Книга первая.

По углам шептались, что было бы вернее хотя бы припугнуть – изнеженная «золотая молодежь» наверняка стала бы более разговорчивой. Да, жалко девушек, но к ним и применять столь жесткие меры необязательно - достаточно просто показать плети или дыбу, и они сразу выложат все, что знают. Да, королевский род указом предыдущего правителя от допросов с применением сильнодействующих средств избавлен, но ведь согласитесь – сама ситуация из ряда вон выходящая. Если посильнее нажать – можно было бы вычистить все гнездо заговорщиков, а не только эту молодежь.

В том, что ни один из юношей не выдержит давления, никто не сомневался. На дыбе все откровенны и честны, будь ты хоть десять раз благородным...

Все население дворца раскололось на две части. Одни – и самой первой из них была принцесса Изабель – открыто заявили, что не верят в то, что это сделал Патрик. Но поскольку доказательства их были шаткими и основывались лишь на утверждениях «я верю брату» или «он не мог такого совершить», то в расчет их не принимали.

Вторые высказывались более сдержанно, но смысл сводился к тому, что таки да, основания для такого поступка у молодого двора вполне были. Ну и что, что уже все равно наследник? А Бог знает, сколько еще проживет король; занять трон лишь под старость – не слишком веселая участь. Этих удивляло лишь, отчего принц решил сделать все сам – ведь мог бы, не марая рук, доверить дело кому угодно. Потом нашли и объяснение: король доверял сыну и нападения не ждал никак, что могло помочь Патрику сразу нанести смертельный удар.

В общем-то, почти так и получилось…

Приговор был известен уже накануне суда. По делу о покушении на короля арестовано было пятнадцать человек; почти все – из окружения принца, и только трое девушек – из свиты ее высочества принцессы Изабель. Их ждала каторга и публичное лишение гражданских прав; троим – Патрику, Яну Дейку и Марку де Воллю – грозила смертная казнь. Его Величество Карл, разозленный, сразу и сильно постаревший, требовал закончить следствие как можно скорее.

С глаз долой – из сердца вон. Следствие длилось два месяца. Потом стало известно, что своим словом Карл отменил смертную казнь для всех троих - но потому лишь, что его умолила об этом королева.

Вирджиния, державшаяся все так же прямо и сдержанно, с мужем теперь почти не разговаривала. Вечером того дня, когда стала известна дата суда, она пришла в покои короля. Разговор был недолгим, сухим и тяжелым для обоих.