Поцелуй феи. Книга1. Часть4

– Скорее всего ты прав, котик, – произнесла она. – Но всё равно. Страшновато за тебя.

– Давай ещё пол часика походим. Или час. Буду еле ноги передвигать. Смотришь, кто-то и вызовется помочь.

– Соскучилась очень, – грустно поведала Лала.

– Ну, ласточка моя, ты же сама заметила. Я слишком счастливым становлюсь после объятий. А мне надо выглядеть как можно разнесчастнее. Кто ж станет помогать деду, который идёт и радуется? Потерпи. Я тоже соскучился. Страх как. Зато представь, потом, когда наскучаемся сильно, как сладко будет обняться.

– Да, это будет… очень сладенько сердечку, – улыбнулась она мечтательно.

– Считай, сие тоже эксперимент. Который мы ещё не проводили, – поделился мыслью Рун. – Оба терпим стойко, чтобы проверить, насколько слаще будет обрести, когда ждёшь долго.

– Ну хорошо, – Лала одарила его тёплым озорным взглядом. – Доверюсь вашей мудрости, дедушка.

– Вот и правильно, доченька. Или внученька? Или правнученька? Я очень мудрый, – похвалился Рун. – Ну, вроде передохнул.

Лала кивнула. Он взвалил вязанку на спину, сгорбился и поплёлся, по чуть-чуть смещая ступни, стараясь сделать лицо как можно более отрешённо-усталым. Тут же услышал, как Лала смеётся звонко от всей души.

– Что? – улыбнулся он, обернувшись на неё.

– Заинька, если бы ты так из леса шёл, ты бы месяц вязаночку нёс оттуда, пожалуй, – смеясь, поведала она. – Но выглядит очень… умилительно.

– Ну ладно, пойду чуть побыстрее, – усмехнулся Рун.

Ему потребовалось немало времени, чтобы вновь вернуть на физиономию отрешённость. Когда ты с феей, тем более с девушкой, что нравится безумно, тяжело притворяться несчастным, даже таская старым хворост на плечах. Зная, что скоро ждут объятья с ней и много разных нежных слов, трудно нет-нет да не озариться счастьем, забывшись в грёзах. Это требует больших усилий и сосредоточенности. Будь ты хоть сам «великий врунишка». Рун столь сконцентрировался на своей задаче, что не сразу осознал присутствие постороннего рядом.

– Дед, чего ты всё ходишь туда-сюда с вязанкой, – не без иронии спросил бритоголовый круглолицый парень лет двадцати пяти.

Одет он был простенько, в рубаху да холщёвые штаны, но ладные, без прорех и заплат.

– Ой, спина моя, спина, – жалостливо проговорил Рун, не придумав, как ответить.

– Что, помочь тебе донести? – не предложил, а скорее поинтересовался парень.

– Помоги, соколик, – живо отозвался Рун.