Поцелуй феи. Книга1. Часть4

Да мощно так. И словно накрыло силами и бодростью. И настроение… этого не передать. Великолепное! Петь хочется и танцевать. И летать. Я так и села. И удивилась, что сесть смогла, да столь легко. Смотрю на свои руки, а они боле не как спички, гладенькие, бархатная кожа. Смотрю на себя. А я вся такая. Встаю, и аж голова кружится, но не от того, что слабость, а от понимания, что чудо происходит. Обнимаю сыночка, и плачу, и смеюсь. И до сих пор с того момента я постоянно бодрость ощущаю, и лёгкость, и радость необычайную.

Она снова тихо рассмеялась, лучась счастьем.

– Потрясающе, – не смог сдержать ошеломлённого комментария Шэух. – Я слышал о магических исцелениях, когда уж был при смерти человек. Но чтоб вот так, в цветущего со смертного одра… Это… большое чудо.

– Мне боги подарили второй шанс, чтобы побыть с детьми и мужем. Так не хотелось расставаться, – растроганно молвила Яни, продолжая сиять.

– Или волшебник какой-то подарил, – проронил Шэух задумчиво.

– Способны ли на это колдуны? Мы считаем, это божественное что-то, – поведал гончар.

– Если это чародей, он очень добрый, – с теплотой поделилась мыслью Яни. – А может это фея?

Шэух крепко призадумался.

– Навряд ли. Феи не склонны тайно делать чудеса. Они являются обычно, тому кто по их мнению заслуживает быть одарен. Могу я увидеть цветок? Остался он у вас?

– Остался, – кивнул гончар. – Принеси, золотко.

– Сейчас, дорогой.

Женщина вышла. Гончар посмотрел ей вслед, вздохнул, и по его щекам вдруг покатились слёзы.

– Даже не верится, – всхлипнул он. – Неужто это правда? Боюсь, что всё исчезнет. Продавать ли гроб?

– Продавай, не сомневайся, – категорично посоветовал Шэух.

– Спасибо, господин, – гончар вытер слёзы кулаком. – Я бы предложил вам сесть, да тут грязновато.

– Ничего, я постою.

Вскоре Яни вернулась, держа непритязательную деревянную шкатулку в руках. Открыла, взяла оттуда небольшой подвядший цветок, подала гостю.

– Вот он, господин. Чудной такой.

Шэух взял цветок, стал изучающе разглядывать. Три разноцветных лепестка, четвёртого нет, тонкая ножка, пара продолговатых листиков.

– Дам за него десять монет, – произнёс он спокойно, обратив взор на гончара.

– Не, нам уже гораздо больше предлагали, – отрицательно покачал тот головой.

– Ладно, даю два серебра, и это последнее предложение, торговаться я не буду, – назвал новую цену Шэух.