Поцелуй феи. Книга1. Часть4

– Но и это ещё не всё, Нур, – со значимостью продолжила Вая. – Побежали к ведуну, узнать, что за цветок такой и как его правильно искать. А он сам изумлён, аж глаза на лоб, говорит, нету такого цветка, выдумал я его, дабы мальца отвлечь, чтобы не горевал и не плакал подле матери в дни её последние, а надеждой жил, цветок разыскивая.

– Ничего себе! – глубоко впечатлился Рун, а затем на его лице проступила тень недоверия. – Да правда ли это? А то может выдумал кто.

– Всё правда, – горячо заверила Вая. – Я это узнала от того, кто говорил с тем, кто расспрашивал того, кто сам у гончара в доме был.

Вот теперь у гончара проблема, что делать с гробом. Гробовщик назад только за пол цены согласен взять. Завтра обязательно сама схожу к дому гончара. Папенька поди отпустит на пол часика. Хочешь, потом расскажу, что вызнала?

– Конечно, – кивнул Рун.

– А народ-то кинулся на луг, где цветок нашли. Тоже ищут. Некоторые взяли факелы, свечи, фонари. Чтобы и в ночи искать, – выдала заключительную порцию местных слухов Вая, направляясь к двери.

Остановилась на пороге. – Эх, мне бы туда. Да девице нельзя так поздно одной. И работа. Брат мой завтра хочет сходить. Только вышарят всё до завтра-то. Или вытопчут. Ну, приятного аппетита, Нур, до свидания. Посуду отнести папе, как покушаешь, хорошо? Или могу попозже за ней придти.

– Я отнесу, – пообещал Рун. – До свидания.

Вая вышла, и он затворил за ней дверь. Запер засов понадёжнее. Вернулся к Лале. Она сидела за столом, изучая яства с довольным личиком. Пред ней стояла большая тарелка с омлетом, ломоть хлеба, кусок пирога с клюквой, кусок сыра, кружка молока, плошечка с мёдом, яблоко, огурец, лук.

– Надо же, расщедрился господин Уго. Не жадный, – порадовался Рун. – Сработал твой цветок, Лала. Здорово, правда?

– Я и не сомневалась нисколечко, что сработает, – ответствовала она, а затем посмотрела на него с весёлым очаровательным недоумением. – Ну ты и врунишка, мой дорогой! Ведь всё безупречно! Удивлялся, поражался, сомнения выказывал. Ты меня немножко пугаешь, милый.

Зачем ты это всё делал?

– Просто беседу поддерживал, – пожал плечами Рун. – Чему тут пугаться, даже и не пойму. Я же тебе говорил, это само приходит, когда ты всегда один. Когда все от тебя отвернулись, ты тоже отворачиваешься от них. И разговоры с чужими становятся неважны. Но я же не хочу никого обидеть. А безразличие к тебе, это обидно. Поэтому даю тем, кто ничем мне не насолил, ровно то, чего они от меня ждут. Вае было приятно меня удивить.