Моя любимая заноза

— Где мой Дияр?! — требовательно спросила она, наступая на целительницу.

— Я его не видела, предками клянусь! — горячо заверила Анита, отступая в свою квартиру.

— Врёшь! Ты хочешь отобрать его у меня!

— Н-нет…

— Ой, магистр Вирейский! — раздался чей-то взволнованный голос.

Женщины синхронно выглянули в коридор. А там слегка подкопчённая студентка указывала в сторону лестницы на третий этаж.

— Он мой! — воинственно заявила стихийница, потеряв всякий интерес к Аните. Теперь перед женщиной была совершенно другая цель.

Когда магиана скрылась из вида, к Аните подбежала всклокоченная леди Киара и быстро проговорила:

— Вирейский не должен попадаться ей на глаза минимум часов пять. Иначе нам всем несдобровать!

Закивав головой в знак согласия, целительница поспешила скрыться у себя, заперев дверь. А потом, для надёжности, навесила на неё охранные чары. Несколько минут прислушиваясь к доносящемуся издалека шуму, она успокоилась настолько, чтобы отправиться в спальню. У Аниты зрело непреодолимое желание придушить одного боевого мага.

Глава 6

С самым грозным настроем Анита достигла распахнутой настежь двери в спальню, но осмотрев комнату, недоуменно нахмурилась. Мужчины нигде не было, и ее боевой пыл быстро угас. Окно плотно закрыто, значит, исчезнуть через него нельзя. Дверь здесь одна, а целительница помнила, что он завернул именно налево.

— Дияр, — тихо и уже неуверенно позвала Анита, оглядывая комнату. Вдруг здесь есть потайные местечки, о которых она еще не в курсе, а этот проныра сразу нашел.

Несколько секунд тишины, за которые она ощутила себя почти дурочкой, болтающей с пустотой. Но тут из-под кровати послышался шорох, который заставил ее резво отпрянуть обратно к двери. С всё больше возрастающим изумлением целительница смотрела, как сначала показались руки мужчины, а потом и его голова. Волосы находились в лёгком беспорядке, и несколько светлых прядей падали на высокий лоб. Голубые глаза, казалось, сканировали комнату. Когда же ничего подозрительного обнаружено не было, в них промелькнуло явное облегчение.

— Знаешь, ты только что потеряла в моих глазах несколько баллов, как хорошая хозяйка, — доверительно сказал он, показательно оглядывая ее легкое, элегантное голубое платье.