Суровые будни невесты императора

– Вы и так многое для меня делаете.

– Надеюсь, смогу сделать больше, – не стала настаивать княгиня, поднялась, огладила юбку. – Мой старший сын прибывает завтра утром. Я вас познакомлю. Думаю, он сможет тебе помочь.

– Спасибо, – совершенно искренне поблагодарила девочка, дождалась, пока гостья не покинет комнату и не затихнут ее шаги, и позволила одинокой слезинке скатиться по щеке. Ей было тоскливо и очень жаль себя, но позволить себе сорваться и разрыдаться Сайлейн не могла. Это неправильно, да и бесполезно.

Здраво рассудив, что все желающие уже и так посетили ее скромную обитель и теперь никто не станет мешать ей искупаться, смывая с себя грязь и запах меха, пусть хорошего и теплого, но чужого и полежавшего, Сайлейн медленно приоткрыла дверцу шкафа, выбрала себе новую одежду и отправилась к вожделенной водичке.

Отрегулировав температуру и полностью погрузившись в воду, Сайлейн вынырнула и довольно простонала. Да, далеко ей до диких предков, те купались два раза в жизни – при рождении и после смерти.

Водные процедуры заняли немного: порядка полутора часов. Девушка хотела задержаться еще в теплой водичке, но, к сожалению, та стала чересчур грязной, и пума недовольно фыркнула, осматривая все это безобразие. Да и температура стала стремительно падать, что также не способствовало дальнейшим водным процедурам.

Закутавшись в полотенце и вытершись насухо, Сайлейн оделась и, замотав волосы полотенцем, отправилась к камину. Засмотревшись на огонь, она и не заметила, как заснула прямо на шкуре.

Кристофер довольно потянулся и поднялся. Сломанной куклой ему под ноги упала очередная жертва его дара. Проститутки. Слабые создания, павшие и не пожелавшие подниматься. Здесь нечем было насытиться. Неинициированные магички попадались редко, а жизненной силы в остальных было столь мало, что не хватило бы даже на построение портала.

Герцог зло прищурился, смахнув кровь с рук и вытирая носовым платком лезвие. Еще немного, совсем чуть-чуть, и он вернется к своей принцессе, своей ненаглядной девочке.

Это беспокоило его куда больше всего остального. Все иное можно изменить, а она лишь одна такая. Улыбка тронула его губы при воспоминании о Сайлейн, разгладилась морщинка на лбу, и на мгновение помолодевший мужчина с надеждой взглянул вдаль. Он придет, обязательно придет и заберет ее, только бы малышка его дождалась, только бы не рискнула собой ради возможности уйти.