Суровые будни невесты императора

– Леди, вы здесь? – Голос Грега раздался совершенно неожиданно, заставив Сайлейн недовольно скривиться: этих бесшумных в ее окружении становится все больше. Ну нельзя же так оборотня пугать.

– Одну минутку, – отозвалась девушка, с сожалением коснулась пальцами бадьи и вышла к мужчине. – Вы что-то хотели?

– Объясниться, – коротко ответил Грег.

По его сжатым рукам, по напряженной спине и пристальному взгляду, которым он наградил угол комнаты, было понятно, что ему неприятно говорить, но обойти стороной этот вопрос он не может.

– И? – подтолкнула Сайлейн, подошла ближе, так, чтобы закрыть угол, который заинтересовал посетителя. – Я вас слушаю.

– Я не должен был так поступать. Если бы я знал, что вы понимаете…

– То сказали бы на языке, которого я не понимаю? – усмехнулась Сайлейн. Губы собеседника дернулись, выдавая его желание улыбнуться, но тут же вновь напряженно сжались.

– Нет. Я бы объяснил вам все.

– Вот как. – Сайлейн удивленно взглянула на него. Ее бровки смешно приподнялись домиком, и Грег уже не удержался от улыбки.

– Я пришел именно за этим, – подтвердил мужчина и кивнул на кресло. – Присядьте. Вам не стоит долго стоять. Тем более пол холодный.

– Но я в обуви, – возразила ему Сайлейн, но к креслу все же направилась и присела. Темные точки перед глазами как ничто иное способствуют пробуждению здравого смысла даже у самого отважного оборотня.

– Порыв, – вдруг расплылся в улыбке Грег.

– Какой глупый… порыв.

– Вы думаете?

– У меня есть жених, – пожала плечами Сайлейн. – И пусть вы его напоминаете, но вы – не он.

– Я его напоминаю? – задумчиво переспросил мужчина, хмурясь.

– Да, вы похожи, – подтвердила девушка. – Так чем вы объясните свой порыв?

– Позже. – Грег резко поднялся, оценивающе, словно впервые, оглядел собеседницу с ног до головы и, не говоря ни слова, вышел.

– Н-да. – Сайлейн рассмеялась и покачала головой. Интересное решение проблемы. А уж какие исчерпывающие объяснения! Давно таких не получала…

Вернулась Глория, неся перед собой поднос, полный снеди. От одного только ее аромата желудок пришел в боевую готовность и призывно заурчал. Девушка улыбнулась, видно, и сама любила творения их повара, но от дегустации отказалась.