Красавица из Эль-Натира

— И к тому же ты ангел, а я смертная!

— Моя любовь к тебе никогда не умрёт! — был мой ответ.

— Ты любишь не меня, а тот образ, который нарисовали твоё воображение и мое женское очарование. Я совсем не такая, какой ты меня придумал!

— Я люблю тебя и буду любить всегда! Выходи за меня замуж!

— Дело не только во мне! — сказала она серьёзно. — Дети, которые у меня родятся, будут не ангелами, а смертными! Полюбишь ли ты их или возненавидишь?

— Клянусь, — ответил я, — что отдам свою жизнь ради них и ради тебя!

Киллис грустно посмотрела на меня:

— Приходи сегодня в полночь в Северную башню.

***

Я ждал её в условленном месте, сгорая от нетерпения. Часы пробили четверть первого, а Киллис всё ещё не было. Наконец на лестнице послышались лёгкие шаги.

— Вот и я! — сказала девушка.

Я бросился к ней и прижал её к себе. Киллис не сопротивлялась и ответила на мой поцелуй. Потом позволила снять с себя одежду.

Уже на рассвете, когда мы лежали рядом, усталые и счастливые, я повернулся к ней, чтобы поцеловать. И увидел фасетчатые глаза и мохнатое тело гигантского паука. Но закричать не успел, потому что чудовище вонзило в меня своё жало.

***

Сейчас у меня много времени, чтобы поразмыслить.

Киллис предупреждала меня о том, что я стал жертвой её очарования. Тогда я думал, что это просто фигура речи, а она говорила об особом искусстве наведения иллюзий, которым обладают самки гигантских разумных пауков.

Теперь я подвешен в Северной башне в коконе из паутины, а в моих внутренностях вызревает кладка яиц, которые отложила Киллис. Скоро они станут личинками и начнут пожирать меня изнутри. Больно не будет: яд, который впрыснула мне моя жена, не только парализует, но и обезболивает. Она у меня заботливая... в своём роде.

Иногда Киллис использует иллюзию и разговаривает со мной в облике человеческой девушки. Удивительно, но для неё оказались важны мои чувства: она не хочет, чтобы я сильно страдал из-за случившегося.

Киллис утверждает, что личинки, вскормленные плотью ангела, получат часть моей божественной силы, и меня можно будет с полным основанием назвать их отцом. В общем, я обещал отдать жизнь ради наших с ней детей и теперь получил то, что хотел.

А ещё из её слов мне стало ясно, что всё произошедшее было заранее спланировано моими судьями. Развоплощение заменили медленной и жуткой смертью.