Кетаб первый. В Дафиаркам.

Каждый понимал – иначе в другой раз мать не отпустит, заставит в огороде работать, а это только для девчонок забава. То ли дело – рыбалка…

Пароль Рувдэр дафиаркамским агентам предложил сам.

Он часто пытался понять, в каком месте свернул не туда. Пытался – и не мог. Вроде жил, как все, пошёл в армию вместе с друганами, честно выслужился до командира отряда. Но дальше – не получалось. Амбиции не давали покоя, он и начальство подмасливал, и с «духов» драл три шкуры, выдавая неплохие результаты на учениях – бесполезно, всё равно который год ходил отрядным командиром.

Один он, что ли, мечтал подняться выше? Нет, конечно, не один. Но обида жгла калёным железом. А потом появился Галвий и как-то всё само собой закрутилось.

Теперь же в разгар войны уже поздно было что-то менять. Сдать дафов начальству означало пойти под трибунал и затем на эшафот, а отказаться от сотрудничества – значит, однажды утром проснуться с ножом в горле. Вернее, не проснуться. Совсем. И так, и так расклад выходил невесёлый. Хотя, надо признать, платил Галвий щедро.

– Раз приехал на ночь глядя, значит, новости важные, – раздался голос.

Рувдэр вздрогнул и нервно оглянулся. Галвий, как всегда, появился незаметно.

– Важные, – кивнул командир. – Ваши солдаты постарались на славу, разрушили западные и южные укрепления подчистую. Сейчас идёт активное восстановление брустверов вдоль трактов на Форниэл и Антариан.

– Ну, это не новость. – Галвий подошёл к берегу, присел на траву, взял брошенную удочку и начал насаживать наживку.

– Король собирается проехать по фортификациям с инспекцией, поднять боевой дух солдат, – продолжил Рувдэр, глядя на проворные пальцы дафиаркамского агента.

– Завтра – на север, послезавтра – на запад, а третьего дня – на юг, к столичному тракту.

Галвий молча закинул удочку. Казалось, он не слушает, но это впечатление было обманчивым, как и его безобидная внешность: прямые чёрные волосы с высокими залысинами на лбу, добродушная щербатая улыбка, всклокоченная борода, весёлые морщинки вокруг глаз. На лбу и щеках – предлетний загар, самый прилипчивый, который держится всё лето.

Рувдэр твёрдо знал: к дафам загар не пристаёт, кожа у них белая, как сметана, от солнца лишь краснеет и идёт пятнами. Может, поэтому он и не верил до конца, что работает на врагов. Галвий и его люди выглядели, как местные. Нэскайлардцы, такие же, как и он сам.

– А на юге у нас самое малочисленное укрепление, потому что оно фактически обращено в тыл, – произнёс агент. Это «у нас» резануло слух.